Одна из тысячи звезд

Как только мои ладони коснулись обнаженной кожи живота, с губ Селины сошел чувственный стон, а глаза прикрылись.

— Кроха, открой и не закрывай глаза, я хочу их видеть, — голос хрипел и ломался.

Она послушалась, и я очутился в этом серебристом водовороте. В эту минуту я точно понял, что готов там утонуть и остаться навечно, что ни одни другие глаза не смогут стать заменой. Я был заколдован, опленен, парализован глубиной чувств. Это был мой личный нокдаун.

Зверь внутри меня требовал и рычал от нетерпения. Скользнул руками к груди, сжимая и стаскивая чашечки бюстгальтера вниз. Ртом накрыл один сосок, а второй зажал между пальцев, слегка покручивая. Представлял этот миг миллион раз, но все равно оказался не готов, так как ее громкие стоны рвали последние нити контроля.

Почувствовал, как слегка шершавые ладони девушки скользнули со спины вперед, и она стала торопливо расстёгивать рубашку непослушными от волнения пальцами. Удерживая ее бедрами на весу, помог избавиться от ненужной вещи.

— Какой же ты все-таки потрясающий, Арчинский! — воодушевленно простонала девушка, скользя руками по крепкому рельефу моих мышц. — Ну, как я могу отказаться от такого десерта?

— Никак, Звездочка! Я не позволю! Можешь лизать, кусать… мне все равно, главное, не сдерживайся.

Кроха хитро улыбнулась и повела плечами, скидывая верхнюю часть пижамы. Господи, ну, кто придумал комбезы?! Их нереально быстро снять, особенно когда каждая секунда промедления приравняется к смерти через перевозбуждение.

Накрыл ее рот в диком поцелуе, а руку положил между ног, сжимая через ткань. Селина прикусила в очередной раз губу и вцепилась мертвой хваткой в плечи. Больше медлить я не мог. Крепко обхватил руками изогнутое девичье тело, понес ее в спальню.

— Крох, я тебя… готов сам всю покусать и съесть, — прошептал на ухо, укладывая ее на прохладную постель.

— Арчинский, я так и знала, что ты малость извращенец! Мне пофиг, только слюнявчик повязать не забудь.

Селина с трудом дышала, но продолжала язвить, и это так заводило, хотя казалось сильнее некуда. Выпрямился и сдернул одним резким движением пижаму с ее ног, которые она рефлекторно свела в коленях. Приподнял бровь, намекая, что скромность тут не к месту, начал раздеваться и буквально за мгновение остался полностью нагим. В полным рост с критическим возбуждением застыл у края кровати, бесстыдно изучая свою девушку. Селина, опираясь на локти, полулежала, отвечая уверенным взглядом, в котором я искал следы страха, неуверенности, но ничего не находил. Словно, почувствовав мои колебания, эта маленькая зараза, закусив губку, медленно развела сначала колени, а потом и бедра, приглашая меня на самый великолепный пир.