Укрощение зверя

– Спасибо, – улыбнулась Татьяна. – Пусть и у вас все будет хорошо.

– Чего застрял? – повелительно бросил обернувшийся амбал-стриженый, угрюмый и чем-то недовольный. – Ходчей костыли переставляй.

Антон смерил его взглядом.

– Мышцами-то не играй, мисюра, кафтан треснет.

– Чо ты вякнул?! – удивился амбал. – Давно не космыряли?

– А ты попробуй, – «нехорошим» тоном предложил Антон.

Встречающие переглянулись.

Длинноволосый, с жидким голоском, шагнул к Громову, схватил за плечо, но почему-то промахнулся. Снова попытался вцепиться пятерней в плечо Антона и снова промахнулся. На его твердокаменной физиономии проявилась морщинка, означавшая, очевидно, удивление.

– Шагай вперед, лоб дешевый, – продолжил Антон с иронией, – и не кати масть, едалы береги. Понял?

– А?! – снова удивился длинноволосый, глянув на своего напарника. – Миха, этот карась залетный понты бутит! На «понял» нас взять хочет! Да я тебя!.. – Он попытался схватить Антона за грудки… и вдруг хекнул, съеживаясь, как сдувающийся воздушный шарик, присел, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть застрявший в легких воздух.

Антон посмотрел на стриженого.

– Помоги корешу, лохмач, и топайте вперед, пока я не рассердился.

Стриженый напрягся, сделал было шаг к Антону, но встретил его предупреждающий взгляд и начинать драку не решился. Помог подняться приятелю, и они поплелись по перрону, оглядываясь, озадаченные демонстрацией боевого мастерства не слишком крутым с виду мужиком.

На привокзальной площади Громова и его конвоиров ждала темно-зеленая «Ауди-8» с бело-синим номером. Амбалы, встретившие Антона у вагона, открыли дверцу, пошушукались с кем-то внутри, распахнули дверцу пошире."

"– Залазь! – с ухмылкой бросил стриженый.

Антон наклонился, чтобы войти, и его ударили сзади по копчику так сильно, что он едва не взвыл от боли. Рванулся было из кабины назад, чтобы ответить обидчику, но в нос ему уперся ствол пистолета, и он вынужден был остановиться.

– Садись тихо, не рыпайся, – сказал кто-то с легким акцентом.

Дверца захлопнулась, «Ауди» тронулась с места.

Антон протер заслезившиеся глаза и встретил взгляд узкоглазого и смуглого мужчины на переднем сиденье. Повернул голову: рядом сидел милиционер-сержант с пистолетом, крупногабаритный и малоподвижный, с виду как монумент.

Душа похолодела.

«Неужели чертов монах передумал и меня снова решили упечь на нары?!» – мелькнула жуткая мысль.

– Будешь и дальше показывать крутой нрав, – продолжал узкоглазый, не то узбек, не то киргиз, – всплывешь уже в море. Это первое. Второе: никаких самостоятельных действий! Помни, что ты зэк, а не свободный гражданин. В любой момент тебя могут вернуть в камеру, только уже с другими последствиями. Ну, и третье: не вздумай бежать! Мы тебя из-под земли достанем.