Огненный Зверь

Это было так нелепо и глупо, что я совершенно не понимала, как в тот момент это казалось мне таким правильным и единственно верным поступком.

Никогда в жизни я не бегала ни за кем, никогда не произносила слов: ""умоляю, прости меня"". Никогда и никем в своей жизни я так не дорожила, как им…"

"Повторись тот миг, я бы не бросилась за ним, сломя голову, я бы вынесла эту боль стойко, не сходя с места, сжав руки в кулаки и заперев все свои чувства глубоко внутри. Если бы я могла тогда думать, я бы сообразила, что конечной точкой был его уход, а попытка остановить его только еще больше унизила меня в его глазах.

Но все это я поняла только через несколько дней, проворачивая случившееся в голове и так и эдак.

На следующий день, я пришла в офис не первой и не последней. Кирилл уже был там, он улыбнулся мне и пожелал доброго утра. Сторонний наблюдатель не заметил бы ничего подозрительного. Встретились два коллеги, мило и доброжелательно поприветствовали друг друга. Сторонний наблюдатель не заметил бы разницы, которая была очевидна для меня.

Маска Кирилла была почти не заметна, его поведение было совершенно обычным, он улыбался, был если не весел, то, по крайней мере, вполне позитивно настроен. Милый, добрый, вежливый, уверенный в себе, такой, каким его привыкли видеть окружающие. Никто бы не смог уловить разницы. Только я.

Даже его приветствие, в ответ на мое, было совсем другим. Вроде бы, тот же голос, та же интонация, только глаза, не выражающие эмоций. Так он приветствовал Леночку или Петю. Так он никогда не разговаривал со мной.

Теперь я поняла слова, которые он сказал, когда мы сидели на моей кухне после гибели Илоны. Тогда я рассказала о своей последней встрече с ней и о том, зачем именно она меня позвала и что хотела сказать.

— А без нее ты не знала, что ты мне нравишься? — с издевкой в голосе спросил тогда Кирилл.

Вот теперь я поняла, что действительно была слепа все это время. Никогда, начиная с первого момента нашей встречи, он не смотрел на меня, как на остальных, никогда не был равнодушен.

Сейчас же я стала в один ряд с Леночкой, просто девчонкой, с которой он ежедневно встречался в офисе, с ней можно было попить кофе и весело поболтать. С ней не нужно было показывать свои истинные чувства, с ней можно было промолчать о своих проблемах.

Я, как и раньше, села рядом с Кириллом на собрании. Он не остановил меня. Никак не выразил, что ему не приятна моя близость, ни один мускул не дрогнул на его красивом лице. Я ждала чего угодно, хотя бы гневного взгляда, тайком брошенного в мою сторону, недовольного изгиба губ — да чего угодно, что бы служило выражением его эмоций! Но не дождалась ничего.