Зверь

День? Неделю? Насколько хватит ее пламенности и остроты языка? Сама мысль прозвучала в голове настолько двусмысленно, что я сразу представил ее неумелый язычок там, где не следует…

Виной тому ее открытость или упрямый нрав, или то, что она была единственной девушкой, кто мог ответить мне «на равных». Я не знал, но чувство, что она срывает с меня кожу, больше не покидало. Вместе с тем желание усмирить, сломать ее, становилось до безумия диким…

«Успокоиться. Дышать.»

Последним, что дало мне расслабление и легкую эйфорию, были ее губы… на моем члене. Мои движения в такт с ее неопытным, невинным ртом.

Я знал, что, если трахну ее, то потеряю интерес. Игра между нами закончится. Не трахну — сойду с ума от боли в члене, который каждый раз реагирует на ее упрямый взгляд, полный неповиновения и противоречий.

— Может быть пообедаем сегодня где-нибудь? — сменил тему друг. — У меня на примете как раз появились несколько замечательных куколок в твоем вкусе.

— Отлично. Только заеду домой переодеться.

— Даа… — протянул он — тебе не помешал бы душ. Ты как из лавки мясника!

— Договорились. Забрать тебя?

— Нет, я сам за рулем.

Я махнул Олегу и мы вышли.

Ехал домой, глядя на мелькающие здания и думал о Гази, его последующей реакции. На Серегу он пока не пойдет, а больше меня взять нечем…

С детства я прекрасно играл в шахматы и вот сейчас, в уме, просчитывал всевозможные ходы и будущие события. Интересно… меня всегда заводила игра. Я очень азартен.

Мой внутренний монстр, который еще вчера бесновался под кожей, разбуженный рыжей девчонкой, сегодня насытился кровью и довольный, свернулся в районе солнечного сплетения. Еще маленьким, я всегда думал, что он живет именно там. Глупо, конечно, но я всегда чувствовал, все его передвижения по моему телу. Он — это неотъемлемая часть меня, как рука или нога. Когда я в первый раз это понял? Наверное, все там же, в детском доме…

Внешняя красота не имела никакого значения, когда внутри я чувствовал себя жутким монстром. У меня с самого детства не было сердца… всегда был только он…

После Его отъезда я выдохнула. Баба Маша, сразу уловив мое настроение, лишь нахмурила брови, покачивая головой.

Я, помыв после себя чашку, занялась своими повседневными обязанностями, а в голове крутилась лишь одна мысль: «сбежать». Я больше не позволю Ему ко мне прикасаться. Никогда. Пусть меня поймают, пускай он меня накажет, но все это будет потом. Если вообще будет! Я просто должна попробовать убежать…

Вполне возможно, что у меня все получиться! От неожиданной эйфории, в связи с планируемым побегом, у меня аж сердце начало радостно ухать.

Сегодня я всю работу делала четко и быстро, замечая все вокруг, кто приезжает в квартиру, приносит продукты, как потом уходят или уезжают из нее.