Зверь

Алексей лишь ухмыльнулся…

— Стволы взяли? — нахмурился я. — Может, поразвлечься придется.

— А что случилось? — встрепенулись они.

— Гази озорничает. Давно нужно было его на место поставить. А тут, ночью, решил мне покушением на Серого свою точку зрения донести. Животное… — сказал, а у самого ярость начинает подниматься медленно, прямо к горлу, затягивая мой разум в свой черный, липкий омут.

Чувствую, что разговора с его пойманным человеком у нас сегодня не получиться. Не убить бы его сразу!

Домчали до клуба быстро. Серега встретил нас у входа.

— Не признается кто нанял. Но мы то знаем, откуда может ветер дуть!

— Сейчас разберемся, — бросил я на ходу, — вы двое, — кивнул Олегу с Алексеем, — у дверей.

Сам, сняв пиджак и отдав его Олегу, прошел внутрь, начав медленно закатывать рукава белой рубашки…

Я никогда не помню себя в моменты ярости, как провалы в памяти. Она владеет мной полностью, заполняя собой все. Даже мои глаза становятся другого цвета — темно-синие, почти черные провалы глаз. В этом состоянии меня боялись абсолютно все. Я сам выгрызал себе дорогу в этом городе, свое имя, рвал за него зубами…

Да, приходилось быть жестоким, по другому здесь никак нельзя было выжить. Меня ничто не держало в этом мире, у меня никогда не было слабых мест, поэтому конкуренты старались со мной договориться полюбовно. Если этого не происходило, то я превращался в монстра. Я мог изощренно, часами, выпытывать информацию, нужную мне, нанося допрашиваемому не смертельные, но ужасно болезненные раны по всему телу, резать, а потом рвать его на части.

Прозвище — Зверь, я, скорее, получил даже не из-за своей фамилии. Это моя сущность.

— Саш, — громко позвал меня Серый, встряхнув за плечо.

Его голос привел меня в чувство. Я осмотрелся. Улыбка растянулась на моем лице, превращаясь в оскал зверя. Камера в подвале превратилась в комнату из фильма ужасов. Монстр не хотел сдавать мне свои позиции, это его вотчина. Осмотрелся. Тело сидевшего передо мной на стуле, превратилось в кусок мяса…

— Ну как? Узнал? — спросил меня Сергей.

— Конечно. Давно я не слышал столько признаний, как сегодня, — ответил я ему и улыбнулся.

— Даже я, спустя столько лет, тебя вот такого боюсь! — Серега, аж плечами передернул.

— Кто бы говорил! — парировал я ему.

— Ну я, по крайней мере, не оставляю после себя столько крови! — рассмеялся он. — Надо бы приказать ребятам, чтобы прибрали здесь за тобой, — сказал, кидая мне в руки полотенце.

Я поймал его на лету и вытер руки и лицо, на которое попали брызги крови. Белая рубашка тоже была испорчена. Выйдя из комнаты, столкнулся взглядом с Олегом, тот сразу же опустил глаза в пол. Они, никто кроме Серого, не смотрят мне в глаза в такие моменты. А Она — смотрела.