Зверь

Вспомнил этот взгляд с вызовом ночью и по телу легким возбуждением начало разливаться тепло.

— Который час? — спросил я, теряясь во времени в моменты гнева.

— Так больше семи часов зверствовал! — похлопал меня по плечу Сергей.

— Пошли то, что осталось от тела посылкой Гази. Пусть знает, что мы его «письмо» получили. Ни к чему скрываться, он все равно сразу узнает мой подчерк.

— Саш, ответка будет.

— Надеюсь на это. Пусть попробуют, — улыбнулся я мальчишеской улыбкой, — меня им зацепить нечем.

Серега подмигнул мне в ответ. Как много лет мы с ним вместе! Выросли в одном детдоме. Друг за друга с самого раннего детства горой. Сколько себя помню, в моей жизни всегда был он. Мы все делали с ним вдвоем, пробивали себе дорогу в этом городе, добились успеха и авторитета у конкурентов, дополняя друг друга. Без одного просто не может быть другого и наоборот. Я знал, что в любое время суток могу положиться лишь на него…

— Как тебе мой подарок? Прижилась? — вдруг спросил он у меня.

Нахмурился, не хочу говорить о ней. Не с ним… Ни с кем…

— Назад хочешь забрать? — повернулся к нему, смотря прямо в глаза.

Он, подняв две руки вверх, как в знак примирения, покачал головой. Слов не нужно. Мы всегда друг друга понимали.

Сам пока не осознал своей реакции. Мы с Серым никогда не делили баб. За нашу жизнь их встречалось бесчисленное количество, но ни одна не становилась между нами. Я предпочитал брюнеток, Серега — блондинок. Если другу нравилась моя девушка, то я отдавал, как переходящий приз, не чувствуя при этом ни грамма сожаления. Ни я, ни он не испытывали ни к кому привязанности и желания обладать единолично.

Она же, пробудила во мне интерес. Я спокойно смогу удовлетворить свои желания, не мучаясь отвращением, которое испытал бы, потрахивая прислугу дома. Никогда не спал ни с одной из них — ведь они были еще сломленнее, чем обычные проститутки, и сделали бы все ради того, чтобы я их освободил, или наоборот — оставил дома, но теперь уже в качестве одной из своих любовниц. Покорность и невинность никогда не заводили меня.

Но теперь, в мои мысли, полностью занятые противостоянием с Гази, кровью и решениями о том, какой ход им будет сделан завтра, постоянно вмешивалась Она и постоянные размышления о том, насколько Она испорчена…

Я злился. В первую очередь, на самого себя, на этот дебильный интерес, проявленный к этой… девке. В голове снова возникла мысль об играх с ней… Так захотелось узнать, сколько времени ей понадобиться, чтобы окончательно сломаться.