Зултурган — трава степная

Боится Бергяса или так уж сильно уважает его?

Когда они выбрались за околицу и оказались в открытой степи, Церен стал рассказывать по просьбе Вадима и Бориса о себе.

Много горя и слез увидели жители хотона Бергяс в тот год барса. Почти у половины семей не осталось ни овцы, ни коровы. Как жить в калмыцкой степи без скота? Отец Церена побыл дома три дня и в ночь ушел. Куда — даже матери не сказал ничего толком. Да и сам он не знал, куда пойдет и где будет искать спасенья для семьи. Велел ждать вестей через месяц. Ушли с ним еще двое. Вернулись через два с половиной месяца. Отец привез две торбы муки и немного денег. В его отсутствие умер четырехлетний сын, младшенький Церен еле живой лежал в люльке; от матери только и осталось — кожа до кости, черные веселые глаза ее потухли. Отец решил уехать из хотона. Нанял подводу, погрузил жалкие пожитки, Церена и больную жену.

— Десять лет ты прожил вдали от своего рода, от монастыря, от степи. Из восьми твоих детей в живых остались сын и дочь, — начал выговаривать Нохашку багша. — Мальчик скоро превратится в мужчину. Если ты и дальше будешь вдали от сородичей — забудет он свой язык и, чего доброго, напялит на шею крест… Мой совет тебе — постарайся вернуться в свой род, пока не наступил год барса. Минувшие годы были страшными для всех нас, это правда. Но сейчас люди перебедовали, стада их пополнились, в кибитки пришел достаток.

Слово багши считалось непререкаемым. Нохашк возвратился в степь. Но возвращение для него оказалось роковым. Вскоре после переезда Нохашк заболел и умер. И Церен остался с матерью и сестренкой.

Прежде чем гости переступили порог жилья Нохашков, мальчик счел нужным пояснить:

— Сейчас наш джолум дырявый и невзрачный. Но зато дом, где зимуем, лучше всех. Когда переехали с Дона, отец продал две коровы и сложил мазанку из самана. Этому он научился у казаков. Завтра вы на нее посмотрите. Если не считать кибитки старосты, наш дом самый просторный в хотоне, большой и светлый, на три окна… Только беда вот: сестренка расхворалась… Такая послушная, умная девочка, а не убереглась, схватила простуду. Теперь вот который уже день ничего в рот не берет, кроме воды кипяченой — так велел Богла-багша.

Церен рассуждал о страданиях сестры с озабоченностью взрослого.

— Как зовут твою сестренку? — спросил Вадим.

— Нюдля. Ей восемь лет, — ответил Церен.

— А кто сказал, что она умная?

— Мать говорит, да и все, кто ее увидит.

— Ну, хорошо. Проведи в свой джолум. Я хочу посмотреть сестренку, — сказал Вадим.

— Он доктор, лечит больных людей, — объяснил Борис.

— Не надо к нам ходить! — испуганно произнес Церен. — Русские доктора могут лечить только те болячки, что на виду. А что внутри человека, доступно лишь священнику. Он знает молитвы.