Золотой воин

Из апартаментов выглянул Крафт, при нем был заряженный арбалет.

– Так быстро? А я думал подстрелить его…

– Нужно прямо сейчас ехать к мэтру Дорвилю и вместе с ним навестить Нарстада и Хикле, – сказал Питер. – Покончим с этим сразу.

Небольшой холл «Золотой лилии» выглядел разоренным, кадки с растениями были разбиты, стулья переломаны, однако стоявший в глубокой нише железный шкаф не пострадал.

Распуганные служители осторожно выбирались из своих укрытий, избитые охранники вытирали с лиц кровь, а дежурный служитель все еще лежал без чувств возле стойки.

Окинув все это быстрым взглядом, Питер выскочил на улицу, но возчиков поблизости не было, их тоже распугали налетчики.

– Вон там, я вижу! – крикнул Крафт, указывая в дальний конец улицы, где виднелись тусклые фонари экипажа.

– Эй, возчик, кати сюда – двойная плата за срочность! – хрипло прокричал фон Крисп, все еще страдая от боли в ноге.

Фонари качнулись, экипаж покатился к гостинице. Вскоре возница натянул вожжи и остановился.

– Воры разбежались, ваша милость? – спросил он у Питера.

– Разбежались, куда ж им деваться… Давай к дому нотариуса.

– К местному или питожскому?

– К местному – мэтру Дорвилю.

Пассажиры быстро расселись, возчик щелкнул кнутом, лошадь резко взяла с места. Замелькали сонные дома, выхваченные из темноты фонарями экипажа. Где-то залаяла собака, с дороги посторонился пьяный и свалился у стены. Питер ехал стоя, держа шлем в руке и ощущая на лице свежий ветер. Вот и знакомый дом.

– Ждите, я быстро! – крикнул он, соскакивая с экипажа.

Подбежав к дому, он требовательно постучал в оконную раму – при особой срочности дел нотариуса часто вызывали среди ночи.

Вскоре за стеклом зарешеченного окна загорелась лампа. Скрипнула рама, и наружу выглянул мэтр Дорвиль в ночном колпаке.

– Это я, мэтр, Питер Фонтен!

Дорвиль поднес лампу поближе к лицу ночного гостя и кивнул:

– Вижу, что Питер Фонтен. А дядя?

– Понятно. Куда нужно ехать, полагаю, к Нарстаду и Хикле?

– Вы необыкновенно догадливы, мэтр! – обрадовался Питер.

– Тут и догадываться нечего. Но учтите, за ночной выезд я беру дорого – четыре рилли.

Питер выдернул из-за пояса кошелек и не глядя высыпал все его содержимое на ладонь Дорвиля, однако тот аккуратно выбрал четыре серебряные монеты, а остальное вернул Питеру.

Питер был готов подождать, но старый Дорвиль собрался быстрее, чем за пять минут, и вскоре показался на улице со своим саквояжем.

– Что, удивлены? – усмехнулся он. – У меня на такой случай всегда все приготовлено. У нас, как у коновалов, время решает все…

Питер подсадил мэтра на повозку, и они поехали к банкирам, ничуть не сомневаясь, что застанут их на месте.