Лисье золото

Крошечный прудик и похожая на пагоду деревянная беседка были почти точной копией тех, похороненных под толстым слоем земли возле руин приюта. И кусты перед домом пострижены с математической точностью. И окна в доме сияли в солнечных лучах. У Доры был настоящий пунктик, касавшийся чистоты окон. Она называла это ясным взглядом на мир. Поэтому окна в приюте мылись с пугающей регулярностью, часто безо всякой надобности. И обязательно после каждого дождя. А ещё после малейшей провинности. Мрак и ужас!

Как же Ю это ненавидела! Каждая вторая провинность была её, не было в приюте ни одного окна, которое бы она не вымыла раз по сто.

А дом был простой. Серый кирпич, черепичная крыша с протыкающим небо дымоходом. Крыльцо на три ступеньки. Скучная металлическая дверь. Если бы не прудик, беседка-пагода и кусты, дом казался бы не домом, а конторой. Определенно, кусты, беседка и прудик спасали ситуацию.

Ю остановила «Патриот» на бетонной площадке, мини-версии приютского плаца, и выбралась из салона. Дора уже открыла дверь и сейчас стояла в темном проеме, опершись на трость, глядя на Ю одновременно выжидательно и нетерпеливо.

Стало страшно. Это был совершенно иррациональный, ни к чему конкретно не привязанный страх, словно бы Ю готовилась стать персонажем сказки про Гензеля и Гретель, войти в пряничный домик и дать бой страшной ведьме.

– Ну? – сказала Дора, и в голосе её послышалось привычное раздражение.

Ю сделала глубокий вдох и направилась к крыльцу.

Внутри дом казался больше. Больше, светлее и уютнее.

– Разуйся, – велела Дора и, сбросив у порога свои туфли, прошлепала вглубь дома босиком.

Ю сняла кроссовки, двинула следом.

– Санузел слева, – услышала она голос Доры, а потом почти сразу же загремела какая-то посуда. – Руки помой!

Первое, чему их учили, это гигиене. Мыть руки перед едой. Мыть руки после уборной. Чистить зубы два раза в день. Мыть волосы каждую неделю, а не раз в месяц. Регулярно менять белье и следить за чистотой одежды. Эта наука казалась маленькой Ю бесполезной. Она упрямилась, огрызалась, отказывалась заходить в душ, теряла зубные щетки, выбрасывала носки. Да много чего она делала по молодости и глупости…

Дору она нашла на кухне. Просторной и светлой, с выходом на такую же просторную и светлую террасу, которую не было видно от ворот.

– Помыла? – спросила Дора, с сосредоточенным видом изучая содержимое холодильника.

– А куда ж я денусь? – Ю аккуратно присела к столу. В присутствии Доры она до сих пор робела. Сила привычки, не иначе.

– Есть котлеты и тушёная картошка, – сказала Дора, вытаскивая из холодильника два пластиковых контейнера. – Все вчерашнее.