Вынужденное знакомство

Старший брат Андрей пошел по отцовским и дедовским стопам, став военным, только не строителем, а вертолетчиком, обнаружив в себе тягу, талант и призвание к полетам и этому роду войск, что ни для кого в семье не стало удивлением. В каждом новом гарнизоне Андрюха проводил все свое свободное время в ангарах у вертолетчиков, с благоговением относясь к боевым и транспортным винтокрылым машинам. Отличным летчиком стал, асом, дослужился до подполковника и летает по сей день, уже в качестве командира звена. А где летает – есть государственная тайна.

А вот Прохор хоть и поддержал династию, да только не по военной линии, как отец и дед Ярыгины, – принял решение стать гражданским архитектором.

Как-то хватило ему гарнизонной «романтики» за все его детство-отрочество с перебором, особенно учитывая, что бо́льшая часть отцовской службы и подросткового возраста Прохора пришлись на самое непростое и разрушительное для армии время – на девяностые годы. Жили впроголодь, зарплаты задерживали и у отца, и у мамы, а когда выплачивали, то настолько унизительные копейки… Разваливалось и разворовывалось все в армии, и с самой армией непотребство творилось, такое отцы-командиры вытворяли, что отбило у Прохора всякое желание находиться в этой структуре."

"Отец решение сына хоть и болезненно, но принял и согласился с его жизненным выбором, только настоял, чтобы Прохор, прежде чем идти в профессию и поступать в институт, отслужил сначала в армии. А Прохор и не возражал – в армии ему все привычно, все знакомо, считай, дом родной.

Понимая, что сын собирается в архитектурный институт и ему нужна профильная практика и начальные знания, Илья Борисович договорился в военкомате, чтобы Прохора направили именно в инженерные войска.

Его и направили. Привет, стройбат! Там Ярыгин-младший и отслужил все положенные по закону и боевому уставу два года, пройдя нормальную такую мужскую школу жизни и выживания.

А после демобилизации поступил в Санкт-Петербургский государственный архитектурно-строительный институт и поселился у бабушки с дедом Ярыгиных, к их несказанной радости.

Ни на чьей шее не сидел, сразу же устроившись подрабатывать на стройку. Первый-то год очень тяжело получалось совмещать серьезную учебу и тяжелый физический труд, но ничего, втянулся – ел много, спал мало, попривык и ко второму курсу уже умудрялся выкроить время для похода в клуб с друзьями и «романился» с девчонками вовсю, влюбляясь и бегая на свидания по ночам.

Кстати, да, о друзьях. С этим вопросом не очень-то задавалось у Прохора. Ну, про школьные годы все понятно, а в армии он хоть и служил не в отцовской части, но так получилось, что все знали про то, что он «сынок».