И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

К счастью, домик выходил окнами на жилище костоправа, и детективу пришло в голову, что, если здесь живет какая-нибудь старая сплетница, от нее можно узнать больше, чем от владельцев соседних больших домов. Надежды инспектора оправдались: воздав должное плотному ужину с чаем, он спросил хозяина «Человека смертного» о коттедже и остался доволен ответом.

– А-а, там живет Марта Харрис, местная акушерка и патронажная сестра. Настоящая старая трещотка, однако дело свое знает. Никто не сумеет принять роды лучше нее. Когда приходится выбирать, мучиться часами или разрешиться легко, но попасть к ней на язык, женщины предпочитают меньшее из зол и терпят ее болтливость.

Вот почему Литтлджон решил начать свой обход с коттеджа «Вудбайн».

Дверь отворилась едва ли не прежде, чем он успел постучать, и появилась рослая женщина с фигурой, похожей на деревенский хлеб, который пекли в старину, подовый, из двух сплюснутых шаров, один на другом – верхний поменьше нижнего. Одежду составляли пышные черные юбки и черная блуза, украшенная камеей и то ли золотой, то ли позолоченной брошью-бантом, к которой на цепочке крепились часики. Седые волосы, разделенные посередине пробором и приподнятые с помощью потайных накладок, образовывали две внушительные башенки, похожие на большие тупые рога. Массивный гребень удерживал все это замысловатое сооружение на голове и не давал ему развалиться. На гладком и пухлом красноватом лице женщины сверкали любопытные пронзительные зеленые глаза.

– Миссис Харрис? – обратился к ней Литтлджон.

– Да, – кивнула она и смерила его оценивающим взглядом, прикидывая, кто он такой. Без особого, впрочем, успеха. Для беспокойного клиента, что в ожидании родов пришел договориться заранее с опытной повитухой, или встревоженного мужа, чья супруга занемогла и нуждалась в сиделке, он выглядел слишком уверенным и беззаботным. «Наверное, торговец. Пришел что-нибудь продать!» – заключила акушерка. – Мне ничего не нужно, – отрезала она и собралась закрыть дверь.

– Меня зовут Литтлджон. Инспектор Литтлджон. Мы можем поговорить, миссис Харрис? Я не отниму у вас много времени.

На лице акушерки отразилась тревога, кровь отхлынула от щек, и на горячей коже выступили багровые пятна. Порой она давала негласные советы женщинам в щекотливом положении. Неужели одна из них…

– Входите, – смущенно пробормотала она."

"Когда миссис Харрис услышала о цели визита Литтлджона, она почувствовала такое облегчение, что в порыве радости предложила ему остаться и выпить чаю, однако инспектор вежливо отказался.

– Я живу прямо посреди площади, значит, волей-неволей вижу, что вокруг меня происходит, – объяснила миссис Харрис и разгладила на коленях жесткую юбку.