Змеиный мох (СИ)

Похожие один на другой, как две капли воды. Как две капли дождя, который шел, не прекращаясь: мелкий, тоскливый. Я спал по несколько часов. Чтобы выплеснуть напряжение, шел в спортзал или таскал железо дома. Пил кофе ведрами и курил по пачке в день. Пока не загадал: если брошу разом, все будет хорошо. Докурил последнюю – и бросил. Выглядывал на улицах синие бетономешалки в ромашку: если увижу – все будет хорошо. Может, не сегодня. Завтра. Или позже.

Ехал на работу с мятным холодом под ложечкой, как школьник: встречу ее там. А потом обходил перевозки за километр, и были дни, когда мы ни разу не виделись. А если все-таки сталкивались, я здоровался и… шел мимо. Потому что ее взгляд говорил: даже не думай. Дважды вызывал к себе – вместе со Светланой. Все только по делу. Почти не глядя друг на друга. Но искрило между нами так, что становилось трудно дышать.

Разговоры… наверняка были. Мне их, разумеется, никто не передавал. Кира обожала посплетничать, но поскольку героем этих сплетен был я, пересказывать не рисковала. Алиса вела себя тише воды, ниже травы. При случайных встречах смотрела на меня с такой ненавистью, что, если бы взглядом можно было убить, я бы давно умер самой страшной смертью.

Впрочем, однажды парой слов я с ней все-таки перекинулся. Напомнил, что последний срок, когда я жду ее заявление по собственному, - восемнадцатое октября. Чтобы не думала, будто удастся все спустить на тормозах. И получил в ответ очередной ненавидящий взгляд.

Что касается Лисицына, Кире хватило всего нескольких дней, чтобы выкопать ему могилу. Я вызвал его и молча положил перед ним распечатку. Проглядев ее, он безропотно написал заявление. Вид у него при этом был такой убитый, как будто разом умерли все родные. Хотя нет, так он выглядел и до того. Узнал заранее? Или что-то другое?

- Так его ведь жена бортанула, - усмехнулась Кира, когда Андрей вышел. – Как веревочке не виться…

Тут она хотела что-то добавить, но посмотрела на меня и осеклась. И правильно сделала. Упоминать при мне Надю точно не стоило. Особенно учитывая, что в тот момент меня жрал острый приступ ревности. Ну вот, теперь он свободен – что, если?..

Я хотел верить, что это невозможно. Но, собственно, почему?

Кто я для нее? Откуда мне знать. Мы не выясняли отношений, ничего друг другу не обещали. Да, я влюблен в нее – но это мои личные трудности. Нас вообще ничего не связывает – кроме той ночи в Змеином мху.

И кроме того, что обоих тянет друг к другу.

=57

- Красота какая, - вздохнула Варежка, косясь на слегка подвядший букет в вазе.

- Чуть не выбросила. Ну нет, не так. Привезли без меня, отдали соседке. Я ей сказала, чтобы себе оставила. А потом… походила по комнате… пошла и забрала. Дура во всю голову.

- Да есть маленько, - согласилась она, запихивая в рот очередную конфету.