Тень змея

При звуках этого имени по залу Суда словно пробежал холодный ветер. Светильники затрещали, Амат жалобно взвизгнула и прикрыла лапами мордочку. Даже гильотиноголовые демоны испуганно поежились.

– Нет, – ответил папа. – Ни за что. Это Сатни воздействует на ваш рассудок своей магией. Он же прислужник Хаоса!

– Владыка, – заговорил тут Сатни, и его голос прозвучал неожиданно мягко и почтительно. – Про меня можно сказать много плохого, но назвать меня прислужником Змея? Нет. Я не хочу, чтобы мир был уничтожен. Какая мне радость от этого? Выслушай девочку. Позволь ей посвятить тебя в их планы.

– Это невозможно, – категорично покачал головой папа. – Но даже если бы ваш план можно было счесть выполнимым, Сатни доверять нельзя. Я ни за что не отпущу его, и уж тем более не отдам его на попечение собственным детям. Он же убьет вас при первой подвернувшейся возможности!

– Папа, – веско сказал Картер. – Мы уже не дети. Мы справимся.

Папино лицо исказилось такой мукой, что на него было больно смотреть. Я усилием воли поборола слезы и приблизилась к трону.

– Папа, я знаю, что ты нас любишь, – сказала я, беря его за руку. – И знаю, что ты хочешь уберечь нас от беды. Но подумай сам: вы с мамой рискнули всем на свете, чтобы дать нам шанс спасти мир. Сейчас настало время, чтобы мы это сделали. И способ, который мы предлагаем, – единственный.

– Девочка права. – Сатни умудрился подпустить в голос сожаления, как будто стеснялся, что ему снова удалось выторговать себе помилование. – А кроме того, владыка, это единственный способ спасти души умерших прежде, чем тень Апопа поглотит их все – включая и душу твоей жены.

Папино лицо потемнело, из небесно-голубого сделавшись цвета индиго, а руки вцепились в подлокотники трона с такой силой, словно он хотел оторвать их.

Так, подумала я. Пожалуй, Сатни зашел слишком далеко.

Однако вскоре папины руки расслабились, ярость в глазах утихла, уступив место безысходности.

– Стража, – приказал он, – дайте узнику Перо Истины, и пусть он держит его в руке, пока излагает свои намерения. Если он солжет, то будет немедля испепелен на месте.

Один из гильотиноголовых демонов взял перо с чаши весов справедливости и вложил его в ладони Сатни. Призрак не выказал особой озабоченности.

– Ну хорошо, – начал он. – Вы, ребята, рассудили верно. Я действительно создал заклинание, позволяющее совершить экзекрацию тени. Теоретически его можно применять для уничтожения любого божества, и даже Апопа. К сожалению, провести обряд может только живой маг. Я же умер до того, как успел провести испытания. Поверь, владыка, я вовсе не собирался убивать кого-либо из богов. Я просто рассудил, что мог бы заставить их подчиняться моим требованиям.

– То есть ты собирался их шантажировать, – мрачно рыкнул папа.