Скромница для злодея

 – Оно его никогда раньше не интересовало. Только когда появилась она.

Только когда она показала ему, каким оно может быть.

– И что случилось?

– Они поженились, и когда подтверждали свой брак, Янус, бог с двумя лицами, стал богом с тремя. Но третье лицо увидела только Кардея – оно предназначалось для нее одной. Это было лицо того, кто познал счастье, и радость, и доброту, и любовь, и покой. Лицо человека, видевшего настоящее. Только Кардее было даровано увидеть бога во всей его полной, блистательной форме. И только Янусу было даровано так же видеть свою богиню.

– Она его отперла, – прошептала Фелисити, и Дьявол едва не рухнул на колени, услышав это.

Он кивнул.

– Она стала его ключом. – Слова прошуршали, как колеса по гравию. – И поскольку она даровала ему настоящее, он подарил ей все, что мог, из прошлого и будущего, из начал и концов. Римляне поклонялись Янусу в первый месяц года, но, повинуясь его воле, Кардею они почитали каждый первый день каждого месяца – конец того, что было, начало того, что будет.

– А потом? Что с ними стало?

– Они упивались друг другом, – ответил он. – Радовались тому, что наконец-то сумели отыскать в целом мире другое существо, которое видело их такими, какими они были. Они никогда не разлучаются – Янус, навеки бог замков, и Кардея, навеки богиня ключей к ним. И Земля продолжает вращаться.

Фелисити скользнула в его сторону, но тут же осознала, что делает, – что не должна двигаться с места.

Что это неприлично. Не то чтобы до сих пор хоть что-то между ними было приличным.

Дьявол хотел, чтобы она оказалась рядом. Прикасалась к нему. Эта скамья – настоящее устройство для пыток.

– Вам понравился поцелуй?

Не следовало спрашивать, но она все равно откликнулась:

– Который?

Он вскинул бровь.

– Я знаю, что наш вам понравился.

– Какая скромность.

– Это не самомнение. Он вам понравился. – Он помолчал. – И мне тоже.

Она резко втянула в себя воздух, и Дьявол не только услышал это, но и увидел, как она выпрямилась. Возможно, все дело в том, что шептать гораздо легче, чем говорить в полный голос, но он не удержался и добавил:

– Кто-нибудь говорил вам, какой у вас красивый румянец?

Румянец тут же пополз по ее щекам.

– Нет.

– Вы… это вызывает мысли о летних ягодах и сладких сливках.

Она уставилась себе на колени.

– Вы не должны…

– Я невольно начинаю гадать, что у вас еще порозовело, а я не увидел. Начинаю гадать, может, все это розовое на вкус такое же сладкое, как на вид.

– Вы не должны…

– Я знаю, что губы у вас сладкие, и соски тоже. Вы знаете, что они одного цвета? Такое прелестное розовое совершенство.

Ее щеки уже полыхали.

– Перестаньте, – прошептала она, и он мог поклясться, что эта удивительная скамья позволила ему услышать ее дыхание.

Дьявол понизил голос до шепота.