Скромница для злодея

Он мгновенно взглянул на нее, но она упорно смотрела на пяльцы с вышиванием.

– Никто никогда не узнает, что мы разговаривали друг с другом, – сказал он.

Она покачала головой.

– Идеальное место для шпионских встреч.

Тут его губы слегка дернулись.

– Вы заметили, сколько тайных визитов происходит в вашем саду?

Она улыбнулась гораздо охотнее.

– В последнее время отмечен всплеск использования розовых шпалер под моим окном. – Посмотрела на него и прошептала: – Нужно быть готовой ко всему.

Его заворожил ее вид – абсолютно прямая спина, то, как вздымается и опускается при дыхании грудь, нежность подбородка, пышность тела. Перед ним сидела Далила Рубенса, вызывая в нем желание стать Самсоном, упасть к ее ногам, закутаться в ее обласканные солнцем юбки.

Желание отдать ей все, даже собственную власть.

– Вы знаете историю Януса?

Она склонила голову набок.

– Римского бога?

Он снова откинулся на спинку скамьи, вытянул перед собой ноги.

– Бога дверей и замков.

– У них есть бог?

– Вообще-то, еще и богиня.

– Расскажите.

Шепот ее был полон предвкушения. Дьявол повернулся и посмотрел на нее, в ее теплые карие глаза. И не смог сдержать улыбку.

– Я столько раз пытался соблазнить вас, Фелисити Фэрклот, а оказывается, все, что нужно было сделать – рассказать вам про бога замков.

– Вы и без этого прекрасно справлялись, соблазняя меня, но я все равно с удовольствием послушаю.

От такой честности сердце Дьявола заколотилось, и он с большим трудом остался сидеть на своем месте.

– У него было два лица. Одно всегда видело будущее, а второе – прошлое. В мире не осталось ни единой тайны, которую можно было от него скрыть, потому что он знал все изнутри и снаружи. Начало и конец. Всеведение сделало Януса самым могущественным из богов, соперником самому Юпитеру.

Фелисити всем телом подалась к нему, и его взгляд скользнул туда, где в шелковом вырезе платья виднелась ее кожа, вся в веснушках от солнца. Тело ее изогнулось, и лиф плотно натянулся, а Дьявол все-таки был просто мужчиной. Его взгляд задержался на ее грудях, рвущихся на свободу. Выглядело это прекрасно, но все же не могло сравниться с выражением ее глаз, когда она повторила свою просьбу:

– Рассказывайте же!

Он почувствовал себя королем. Ему захотелось рассказывать ей истории всю оставшуюся жизнь, развлекать ее, быть рядом и говорить то, что заворожит ее… истории, что доберутся до самой сути того, что из себя представляет его прекрасная взломщица.

Нет, не его.

Он отогнал непрошеную мысль и продолжил:

– Но, понимаете ли, видеть будущее и прошлое – это не только дар, но и проклятие, и на каждое прекрасное начало приходится мучительный конец. Это и погубило Януса, потому что он мог видеть смерть в жизни и трагедию в любви.