Зимняя война. Дороги чужого севера

На флангах чисто, только трое смогли их обойти, основная масса преследователей была сзади, они кричали и упорно лезли, в разрывах между скалами мелькали их шлемы. Разведчиков засекли — и захлопали выстрелы. С такого расстояния они попасть не могли, но когда подойдут ближе… Проход действительно сужался, «выпускной клапан» был метра полтора шириной, а сразу за ним — пригорок и лес. В том месте, где все кончалось, справа возвышалась громоздкая, изрытая трещинами скала. Словно опухоль, ее венчал тяжелый изогнутый козырек — весом не меньше тонны. Первым местечко покинул Иванченко со своей рукой — она висела плетью, и из нее сочилась кровь. За ним Камбаров с Латкиным, Карабаш."

"— Товарищ старший лейтенант, постойте, — вдруг схватил Никиту за плечо Кочергин. — Быстро гранаты давайте — все, что есть… Латкин, ты парень прижимистый, у тебя «лимонка» заныкана, я знаю, давай сюда…

— Кочергин, не выдумывай… — выдохнул Никита. — Уходим все вместе…

— Да вы не понимаете… — горячился командир отделения. — Я не самоубийца, хочу жить долго и с пользой для страны. Я задержать их хочу… Смотрите, сколько тут щелей — набросаю гранат, сверху «лимонку», чеку выдерну — и бежать за вами… Там все сдетонирует, не сомневайтесь, такая потеха будет… Эта «дура» ухнет, дорогу им закроет — не пройдут они, понимаете?.. Да чего вы время тянете, мужики? Живо давайте гранаты! Они через минуту здесь будут! А сами уходите как можно дальше, в лес…

Идея была безумна, но вдруг получится? Кочергина стали загружать гранатами — набрали три штуки, включая ту самую «лимонку». Никита обернулся, когда группа перебралась за косогор. Кочергин развил активность — заталкивал гранаты в расщелину под козырьком. «Лимонка» осталась в руке, он сунул ее в карман — не время еще, сдернул с плеча автомат. Потом присел за камень и начал стрелять длинными очередями, отгоняя зарвавшихся преследователей…

Мощный взрыв потряс округу секунд через тридцать, когда деревья полностью закрыли скалы. Финны закричали, снова разразилась огненная вакханалия. Никита кусал губы — все пошло как-то не так!

— Уходите! — заорал он растерянным разведчикам. — Бегите, к чертовой матери, туда, прямо! Помогу Кочергину, догоним вас! Это приказ, выполнять!

Мечников стряхнул с плеча «шмайссер» и уже на бегу выбросил магазин, хотя в нем что-то осталось, и вбил для пущей гарантии полный. Он бежал обратно, задыхался, проваливался в снег, страшное предчувствие гнало вперед. Ведь не верил же, что все пройдет как по маслу! Он рухнул за дерево, растущее на косогоре, зарычал от обиды и бессилия, дергая заклинивший затвор. Почему именно сейчас?! Взрыв прошел, как и задумывал Кочергин, вырвал часть скалы, повалил несколько финских солдат. Но глыба не упала.