Зимние костры

Высокий мужчина, осматривавший Уиллоу, направился теперь к пленницам и, оттолкнув Линнет, остановился перед Бренной и приподнял ее лицо, чтобы разглядеть получше, совсем как несколько минут назад кобылу. Но девушка резко оттолкнула его руку связанными запястьями и уставилась на него горящими ненавистью глазами."

"Он викинга несло потом и лошадьми. Он так походил на Ансельма Нетерпеливого, что, будь у Бренны нож, она с радостью бы перерезала ему горло, не задумываясь, что будет потом! Она жадно смотрела на клинок, заткнутый за пояс незнакомца, но, услышав тихий смех, вновь подняла голову.

— Клянусь Тором, да она красотка!

— Я говорил тебе, Хьюг, — отозвался Ансельм со своего места.

Хьюг ухмыльнулся и медленно обошел девушку. В серых глазах Бренны не было страха, хотя она и сознавала, что связана и безоружна.

Стоя совсем рядом, так, что никто не мог ни понять, ни услышать его, Хьюг прошептал ей на ухо;

— Я сотру это кровожадное выражение с твоего лица, госпожа моя! И сумею сломить гордый дух!

Он не знал, что Бренна понимает каждое слово. Девушка не испытывала ничего, кроме омерзения, до тех пор, пока он резким рывком не притянул ее к себе и требовательные губы не расплющили нежный рот. Другая рука безжалостно сжимала и выворачивала грудь, словно Хьюг задался целью немедленно утвердить над ней свою власть.

Отбиваться Бренна не могла — веревка по-прежнему стягивала запястья, но зубы… зубы были еще целы, и она впилась в нагло насилующий ее рот язык.

— Дочь Хел! — громко выругался Хьюг и размахнулся, чтобы ударить девушку, но Ансельм громко окликнул сына. Хьюг, обернувшись, разгневанно уставился на отца:

— Она прольет мою кровь, даже не понимая, что умрет за это!

— Я предупреждал, что она кипит ненавистью, — покачал головой Ансельм.

— Ненавистью, которая станет причиной ее гибели. Ба! Да она просто безумна! Так отдай ее моему брату, Гаррику, как и намеревался. Он ненавидит женщин и получит наслаждение, унижая и терзая эту девку! Пусть использует ее тело как выход для собственной ненависти, пока они не прикончат друг друга! Я возьму огненноволосую женщину!

— Довольно, Хьюг! — упрекнула женщина в желтом шелковом платье. — Кажется, ты забыл, что здесь твои мать и жена?!

— Прошу прощения, госпожа, — без всякого стыда ответил Хьюг. — Я в самом деле забыл. Теперь можете выполнить приказ отца и допросить пленниц.

— Не знала, что для этого нуждаюсь в разрешении собственного сына, — с властной холодностью бросила женщина.

Среди окружающих послышались громкие смешки, и Хьюга передернуло, но предостерегающий взгляд отца мигом заткнул ему рот. Хьюг широко развел руками:

— Еще раз простите, госпожа. Я, конечно, не должен препираться с вами!

Внутри у Бренны все кипело.