Жребий Салема

Обойдя дом, они нашли маленькую дверцу в погреб, оборудованный в фундаменте из дешевого бетона. Дверца открывалась вовнутрь и была заперта на старый висячий замок. Сбив его нескольким ударами молотка, доктор приоткрыл дверцу, и оттуда дохнуло зловонием.

– Они здесь! – сказал Марк.

Заглянув внутрь, Джимми увидел три пары ног: так обычно укладывают после боя трупы погибших солдат. На одной паре были грубые рабочие ботинки, на другой – вязаные домашние шлепанцы, а на третьей – совсем крошечной – никакой обуви не было вообще.

Сцена из семейной жизни! Как по заказу для «Ридерз дайджест»! – почему-то подумал Джимми при виде этой картины. А младенец?! Как мы сможем вогнать ему в сердце кол?!

Сделав отметку на дверце, он сказал:

– Пошли проверим соседний дом.

– Погодите! Давайте одного вытащим.

– Зачем?!

– Может, солнечный свет их убивает, – пояснил Марк, – и нам не придется забивать колья.

Джимми приободрился:

– Хорошо. Кого именно?

– Только не младенца! – тут же отозвался Марк. – Мужчину. Беритесь за одну ногу.

– Ладно, – согласился доктор. Во рту у него моментально пересохло, и он с трудом сглотнул слюну."

"Марк просунулся в проем, и под тяжестью его тела сухие листья на земле зашуршали. Он ухватился за одну ногу, а втиснувшийся рядом доктор – за другую. Общими усилиями они извлекли труп наружу, и он оказался на свету под продолжавшим моросить дождем.

Но того, что произошло потом, они никак не ожидали. Рой Макдугалл начал ворочаться, как потревоженный во сне человек. Кожа на лице приобрела желтоватый оттенок и, покрывшись обильной испариной, обвисла. Зрачки под закрытыми веками забегали, а ноги медленно заскребли пятками по мокрой листве. Верхняя губа задралась, обнажив клыки, похожие на те, что бывают у крупных собак вроде овчарок или колли. Руки задергались, сжимая и разжимая кулаки. Одна из них скользнула по рубашке Марка, и тот с громким криком отскочил.

Рой перевернулся и на четвереньках медленно пополз обратно к погребу, оставляя коленями и локтями борозды на влажной земле. Хриплое прерывистое дыхание, появившееся у него на свету, стихло, едва он снова оказался в тени. Испарина тоже исчезла.

Добравшись до прежнего места, Рой перевернулся на спину и затих.

– Заприте их, – сдавленным голосом попросил Марк. – Пожалуйста, заприте.

Джимми прикрыл дверцы и навесил, как сумел, сломанный замок. Перед глазами все еще стояла фигура Макдугалла, медленно, как змея, заползавшая обратно в нору по мокрой опавшей листве. Он был уверен, что не забудет этой картины до конца жизни, сколько бы ему ни было отмерено. Пусть даже сто лет!

38Они стояли под дождем, глядя друг на друга.

– Теперь соседний дом? – спросил Марк.

– Да. Макдугаллы скорее всего наведались к ним в первую очередь.