Ваш любимый доктор, или Дело всей жизни

Могли отправить на дом не лекаря, а одного или двух практикантов – тогда цена вызова была еще дешевле, но за результат лечения уже никто не отвечал. Впрочем, тут почти никто и ни за что не отвечал. Как мы помним, если человек помер – на все воля богов, а если выздоровел – это лекарь молодец, светило и золотые ручки.

– А они в курсе, что вызвать мага дороже, даже если маг пока только практикант? – спросил Лейн, а я была уверена, что лекарь сочинил это правило на ходу. – Дороже в два раза, между прочим.

Я метнула на него возмущенный взгляд, но тот лишь ухмыльнулся с предвкушением.

Женщина растерялась и затеребила подол платья.

– Я, это… наверное…

– Ваша хозяйка не говорила, могу ли я привести с собой несколько практикантов? Тогда цена снизится.

Лейн недовольно хмыкнул и красноречиво пошевелил бровями, он не хотел терять свой процент.

– Конечно, нейра Эллен, мой хозяин не любит больших трат, хоть и готов на все ради молодой жены, – ухватилась за шанс служанка.

Попросив женщину подождать снаружи, я высказала Лейну, что он неисправимый жлоб, потом сбегала за чемоданчиком, по пути подхватила так удачно подвернувшегося Йена. Вместе мы зашли за Деллой, которая как раз заканчивала свою работу в детском отделении. Это был ее первый день на новом месте, но она быстро освоилась и заслужила похвалу от Матильды. Я хотела, чтобы ребята вместе со мной получили новый опыт. Сейчас я, скорее всего, попытаюсь уничтожить инфекцию магией, но в новом госпитале в условиях чистой операционной научу своих подопечных справляться обычными средствами.

К дому пациентки отправились на моем магоходе. Мы со служанкой, которую звали Бетси, устроились на одном сиденье, а Йен с Деллой напротив. Причем молодежь сидела, как можно дальше отодвинувшись друг от друга и скромно потупив глазки. Такие молодые, милые, стеснительные – ну просто два птенчика!

– Дорогая, скажите, ваша хозяйка рожала дома? – я обратилась к Бетси, оторвав взгляд от парня и девушки.

Женщина оживилась, услышав мой вопрос.

– Да-да, дома рожала. Тогда вызывали этого нейта Оймерга или Ойберга… – она наморщила лоб, пытаясь вспомнить.

– Ойзенберга, – я вздохнула.

Опять этот коновал постарался! Как будто нарочно мне работу подкинул. Однако, вопреки нашим натянутым отношениям, я не считала Ойзенберга и его подпевалу Калвина своими врагами. Враг – это слишком громкое слово, настоящий враг умен, незаметен, но удары его смертельны. А эта парочка слишком глупа для того, чтобы считаться ими. Особенно Ойзенберг, который вконец обнаглел и потерял меру.

– Точно! Его самого. Грубый он какой-то, противный… А зыркает как! – Бетси приложила ладони к щекам. – Сам на птицу похож, ну просто ворон какой-то. Еще и денег потребовал больше, чем было оговорено.