Дни нашей жизни

Ему тогда было тринадцать, как мне в то время.

Узнал, что она верила в Бога, потому что она написала:

«Мне кажется, люди неправильно трактуют решения Бога. Я думаю, он послал мне такого брата, чтобы научить меня понимать, принимать, любить даже то, что раньше казалось мне диким. А теперь я знаю, что это не дико. Я помню брата с первого дня его жизни, как я могу думать о нём что-то плохое?»

И ещё, чуть ниже:

«Думаю, в каждой семье есть такой человек, благодаря которому мы становимся лучше. В нашей семье это Слава, только мама, наверное, так и не почувствует его. Она слишком верит в то, что говорят другие люди».

Я улыбнулся этой записи и подумал беззлобно: «А у меня, значит, двойная ударная доза благотворного влияния»."

"Родители сказали, что мне нужно ходить к другому психологу Не к школьному. Мы поехали в какой-то медицинский центр, а там на двери табличка: «Психотерапевт». Будто я разницы не понимаю.

Я немного надулся на них за это, но виду не подал. Спросил у Славы, пока ждал начала приёма:

— Она спросит, зачем я пришёл. Что сказать?

— А тебя ничего не беспокоит?

— Нет.

— А ситуация с Леной?

Я пожал плечами. Что в ней беспокоящего? Уже всё случилось.

Но когда я зашёл, то понял, что родители на что-то жаловались заранее, потому что никаких причин посещения у меня особо и не спрашивали. Разговаривала со мной женщина, очень спокойная и мягкая — наверное, психологов этому учат. Школьный психолог разговаривала в похожей манере.

Она спросила, как я себя чувствую. Я сказал, что нормально. Она спросила, хочу ли я чем-то поделиться. Я сначала сказал, что нет, а потом вспомнил, что Слава упоминал про Лену. И рассказал про Лену. Сначала думал, что получится коротко, в двух словах, а меня прямо понесло, я начал и уже не мог остановиться: всё выложил, от нашего первого дня знакомства до её поступка.

Она спросила, злюсь ли я, но я сказал, что нет.

А она говорит:

— Может, ты внешне злость не проявляешь к ней, но внутри всё-таки чувствуешь?

Я вдруг сказал:

— Я её ненавижу.

Психолог закивала, будто мечтала об этом услышать.

— Ненавижу её, — повторил я. — Мне ночью приснилось, что я её избил.

— Как?

— Я стал чемпионом мира по боксу и чемпионом России по самбо и избивал её так, что слышал, как у неё хрустят кости.

Это так жутко прозвучало в тишине кабинета, что, испугавшись собственных слов, я быстро добавил:

— На самом деле я бы так не стал делать.

А то ещё подумает, что я психованный или из тех, кто избивает своих жён, когда вырастает. Хотя как я могу знать, что я не из таких? Я ведь и сам не понимаю, на что способен.

Она вдруг спросила про родителей, и оказалось, что она знает, что они геи. Она спросила, не тяжело ли мне жить в таких условиях.