Тысяча жизней подряд

– Ты скучаешь по ним? – спросил Седрик.

– Очень. – Я встала рядом с ним. – Но для братьев же безопаснее, если мы не будем поддерживать контакт. До тех пор, пока я не смогу контролировать свою магию.

Седрик ничего на это не ответил. Он снял куртку и свитер, в которые был одет, и повесил их на спинку стула, а затем направился к окну. Отодвинув занавески, он выглянул на улицу.

– Я боялась, что ты уехал.

– Я бы не ушел, не попрощавшись с тобой.

«Он пришел только для того, чтобы узнать, как у меня дела», – пронеслось у меня в голове. А главная причина крылась только в том, что на самом деле его волновали планы Круга.

Седрик снова повернулся ко мне:

– Ты узнавала, увезет ли тебя бабушка отсюда? Это самое разумное, что ты сейчас можешь сделать.

– Значит, я все-таки не так разумна, как всегда думала, – отозвалась я, прислоняясь к одному из столбиков моей кровати. Лучше я буду держаться на расстоянии.

– Ты никогда не ставила свое благополучие превыше чужого, – тихо ответил он.

– Значит, пришло время начинать.

– Не очень хорошая идея.

– Это я прокляла тебя? – вырвалось у меня. – Ты поэтому знаешь меня?

Если я не выясню это в самое ближайшее время, я просто умру от любопытства.

– Если ты так считаешь, то впускать меня сюда было очень глупо с твоей стороны, – сердито заметил он. – Я мог бы захотеть отомстить тебе.

– А может, ты как раз этого и хочешь, – едва слышно сказала я. – Откуда мне знать, почему ты появился здесь и все испортил?

Его лицо помрачнело.

– Я не хотел ничего портить, – признался Седрик. – Я просто хотел увидеть тебя. Одного я не ожидал: что мне за первый вечер придется дважды спасать тебя.

– Ты хотел меня видеть? – повторила я за ним, не в силах скрыть улыбку.

– Это было крайне эгоистично с моей стороны. Фокс и Рафик предупреждали меня.

– А Клэр? – Мой пульс по непонятной мне причине вдруг забился быстрее.

Его взгляд обжег меня.

– Она обозвала меня дураком и болваном.

Седрик пожал плечами:

– Наверное. Но иногда глупость спасает от безумия.

– Опять цитируешь французских философов? – Выражение его глаз не поддавалось описанию.

– Никогда не слышала. Расскажи мне наконец, почему тебя прокляли. – Я все еще стояла у своей кровати, не желая его отпускать, не узнав всего.

– Может, присядем? – предложил он. – Так удобнее.

– В оранжерее было бы лучше, – заметила я, хотя предпочитала остаться с ним здесь. Моя комната казалась мне маленьким защитным коконом. – Там больше стульев.

Седрик сел на мою кровать и призывно похлопал рядом с собой. Так что решение, наверное, было принято.

– Мне нравится здесь.

– Может, зажечь лампу?

Мне тоже. Сквозь окно проникал лунный свет, и его, честно говоря, было достаточно для того, чтобы я видела все, что мне было нужно.