Живой журнал

— Объяснить? — с надрывом смеётся Ира, вцепившись в скамейку и глядя на меня снизу вверх. — Я бы, может, тебе и объяснила. Я бы, может, тебе и показала то, что не захотел увидеть ты. Но ведь в этом нет никакого смысла? Ты же уже просчитал свой уход, да?.. У тебя ведь всё давным-давно просчитано… С самого начала и до самого конца ты играл со мной… И кстати, ты прав: мне действительно не на что обижаться. Ты ещё вчера предельно честно предупредил меня, что ты никогда не проигрываешь. А я тебе не поверила. Не извиняйся: моя ошибка — не твоя. Что ж, спасибо за игру… А теперь пойдем отсюда. Я домой хочу. Пойдем, потому что я.… потому что мне… мне работать надо. — Ира расправляет плечи, смахивает последнюю слезу, плавно встает, и, не оглядываясь на меня, стремительно идёт к парковке. Я поднимаю её рюкзак и отправляюсь следом. Иду и думаю, что же мне теперь делать. Я-то хотел уйти так, как привык, молча, без объяснений. В итоге, Ира настояла на своём, и мне пришлось выложить ей правду. И вот теперь, услышав всё, что я ей рассказал, Самойлова оставалась не просто одна: она оставалась с разбитым сердцем. А я ещё и втоптал в грязь его осколки."

"Чувствуя спиной мой взгляд, Ира ускорила шаги и быстро поравнялась с «кавасаки». Обернулась и нетерпеливо протянула мне руку.

— Мой рюкзак, — ровным голосом напомнила она. Ира кажется совсем уж спокойной, но я взял её за плечи, и, пока она вырывалась, повернул её к себе. Гляжу в её глаза. А они снова синие. Ира аккуратно высвобождается из моих рук и одаряет меня абсолютно равнодушным взглядом. «Буря, видимо, улеглась», — понимаю я и принимаю решение.

— Пять минут, и я тебя отпущу, — прошу я у Самойловой. — Пять минут, только в последний раз выслушай меня. Я не знаю, кого ты там любишь — себя, Митю, этого твоего из «Лейпцига» или же весь белый свет. Да это и не важно. Дело в другом, Ира… Ну постарайся ты понять: ну не можем мы быть с тобой вместе. Потому что нам с тобой партнёрства не хватит… Да, Ир, мы похожи. Но я — не ты. Мне нужны мир и спокойствие, потому что в том, чем я занимаюсь, нет места эмоциям. Они мешают мне, они подставят под удар других… так уже было… и больше я этого не допущу… А тебе нужно всё то, что я не могу тебе дать. Ты так привыкла. И ты уже не сможешь без этого. Останься мы вместе — и между нами разразится война. Ты каждый день будешь пытаться «выставить» меня на эмоции, а я буду загонять тебя в угол и убивать тебя… Ир, я не хочу этого… Но если тебя хоть как-нибудь утешит то, что я тебе скажу, то запомни: ты — единственная, кому стоит верить. И ты всё делала правильно.