Играть, чтобы жить

Не знаю, как там у нее с запасами маны, да и вообще с возможностью колдовать, поэтому впихиваю ей в руки свиток простейшего личного гейта и яростно ору прямо в лицо, дабы в зародыше задавить все вопросы и возможное неповиновение:

— Портируйся немедленно!

Тут же поворачиваюсь спиной, готовясь зубами уцепиться за охраняемый пяточек пространства и продержаться на нем требуемые для каста шесть секунд.

Хм, а ведь все еще не так уж и плохо — часто лупят турели, сбивая энтузиазм с самых шустрых противников, с лязгом отщелкивая опустевшие картриджи и услужливо сообщая о расходе пятнадцати процентов боезапаса.

Благодаря жирным бафам еще жив Гумунгус, раздавая направо и налево тяжелые плюхи, но с катастрофической скоростью теряя хиты. Отзываю его назад, слишком уж мишка зарвался, пусть передохнет чуток, позволяя отработать ускоренной регенерации.

Зомбаков осталось всего пятеро, и всей их псевдожизни хватит едва ли несколько ударов сердца. Делаю тройку шагов вперед, выигрывая пространство для маневра и заодно оставляя в тылу стрекочущие, как швейные машинки, турели. Тьфу ты, сглазил! Лопнула дымящаяся тетива в одном из арбалетов, наглухо заклинило болт в другом. Теперь оба агрегата били в половинную мощь.

Блин, где же Павший и что со связью?!

Взгляд автоматически выцепил чуждое танцу боя движение — какая-то фигура проталкивалась сквозь строй в дальний угол, мешая бойцам и нарываясь на злобные тычки. Ба, да это же наш лазутчик! Волна ненависти накрыла меня с головой:

— Куда, тварь, бежать решил?! Не уйдешь, быть тебе с нами — навечно!

Тяжело и веско припечатал я последнее слово, мгновенно опустошая резерв Очей Святости и разбивая в груди колбу с жидким азотом. Только бы не рухнуть без сознания! Мое беспокойство перемешивалось с ехидной радостью человека, сделавшего огромную пакость своему врагу. Насильно сдернутый в срыв похититель так же почувствовал что-то неладное и сейчас беззвучно хлопал ртом и беспомощно лупил руками по виртуальной клавиатуре, насилуя кнопки аварийного выхода из виртуала. Наконец он поднял голову, уставился на меня выпученными от ужаса глазами и оглушительно, по-бабски, заорал!

Танком прущий на меня Тавор бросил быстрый взгляд за спину, мгновенно все осознал и от души рассмеялся, показав мне кулак с оттопыренным большим пальцем. Весело ему… Наверное, так же смеялись немецкие расстрельные команды, подбрасывая младенцев в воздух и ловя их на штыки — древнее развлечение, идущее со времен викингов.

За спиной наконец хлопнул портал, сообщая, что миссия спасения увенчалась успехом и было бы неплохо подумать о собственной шкуре.

Вновь пытаюсь достучаться до Неназываемого — глухо! Асмодей? Абилка кольца неактивна, вероятно, не чует привязки к вызываемому существу.