Играть, чтобы жить

Десяток за десятком дисциплинированно выстраивался у стен, послушно ожидая приказа хозяина и заставляя меня пятиться назад.

И вот я уже уперся спиной в Гумунгуса, лизнувшего меня в шею, а затем самовольно покинувшего последний условно безопасный угол, уступая мне место и наивно желая подарить хозяину несколько драгоценных секунд. Эх, где ж та тварь шпионская добыла артефакт «Пробоя»? Как бы он мне сейчас пригодился! Обычным же порталом уйти никто не даст — за шесть секунд каста я успею получить сотню ударов, гарантированно срывающих концентрацию…

Стена воинов сделала шаг вперед, но Тавор предупреждающе поднял руку:

— Я сам!

Он демонстративно медленно вытащил из инвентаря два ржавых мясницких крюка, на которых в лавках развешивают свиные туши. Сквозь косметическую ржавчину проглядывала благородная синева мифрила, а сами крюки сочились и дымились какой-то магической дрянью, роняя на камень капли яда и медленно наполняя помещение удушливыми испарениями.

Тавор медленно приближался, с улыбкой поигрывая оружием, временами давя на психику резкими подсекающими движениями, намекая, как засадит крюк под ребро и подвесит у потолка.

Ну, иди сюда, гнида, есть у меня одна домашняя заготовка, как раз вот для таких «честных» боев…

Шагаю навстречу противнику, еще шаг и еще! Тавор взрывается бешеной серией, но мне все равно нужно ближе! Блокирую посохом один удар, предплечьем свободной руки — второй. Кренюсь набок от сокрушительного удара в бедро — с хрустом ломается кость, а затем Тавор рвет оружие на себя, и раскаленный крюк глубоко вонзается в мышцы. От боли перехватывает дыхание, со свистом втягиваю воздух в легкие, но все же сокращаю дистанцию до клинча и бью апперкотом в надменно выпяченную челюсть!

Время вновь подмораживается, я активирую за спиной у противника портал в Инферно и злорадно наблюдаю, как его глаза удивленно распахиваются, руки бессильно пытаются уцепиться за воздух, а тело прорывает бордовую пелену и исчезает во вспышке портала.

Ох как не хотел я этого делать: одиночка в адском плане протянет в лучшем случае несколько минут — до первого монстра. А затем — здравствуй Ллос!

Неловкой хромоногой рыбкой ныряю следом, на лету успевая скомандовать Гумунгусу:

— Хватай лазутчика!

И не важно, что не может мишка существовать автономно, на таком далеком расстоянии от хозяина. Ведь есть такое слово: «надо»!

Кубарем вываливаюсь на базальтовый шкуродер Инферно, между огромных каменных сталагмитов. Едва приподняв голову, вижу, как успевший вскочить на ноги Тавор уже начинает кастовать гейт. Не готов он играть на чужом поле!"

"Хрустят изломанные кости, когда я вновь делаю вынужденный рывок и неэстетичной кособокой лягушкой прыгаю к врагу.