Играть, чтобы жить

Впрочем, с его деньгами и любовью к рабам — удивительно, что он еще не семисотый, как Китайский Император.

Рейдовый калькулятор, тупо суммирующий уровни и приблизительную силу экипировки сторон, помигивал красным паникерским маркером, обещая обнуление охамевших атакующих сил через девяносто восемь секунд. И нафига я послушал Аналитика и установил этого провокатора? Тупая программа понятия не имеет об истинной ярости, помноженной на незамутненную ненависть!

Первый из охранников тактично сдал на два шага назад и даже заманчиво опустил щит, приоткрывая для потенциального крита уязвимое горло. Его напарники, вооруженные сетями и короткими клинками, чуть раздались в стороны, заходя с боков и сдвигаясь на фланги. Ах, как грамотно-то! Вы же неписи дубоголовые, почему ж работаете в тройке круче, чем бойцы клана «Гладиаторов» — лидеров Арены этого года?!"

"Пользуясь преимуществом длинномерного оружия, заваливаюсь в сторону левого противника и экономным движением вскрываю его кончиком адамантового жала от паха до подбородка. Крит! Парализация! Кровотечение! Пугающие цифры урона мельтешат над головой выпотрошенного врага, с умопомрачительной скоростью пожирая его хиты. Этот уже не боец!

Формально я ниже стражи по уровням. Но, будучи накачанным по самые брови бафами и эликсирами, обласканный богами и с артефактным оружием в руках, от которого шарахаются даже небожители, в индивидуальных схватках я на голову превосходил противника.

Приседаю, пропуская над головой брошенную сеть, неприятно мерцающую тусклым зеленым цветом. Вряд ли она обездвижила бы меня полностью, но как мощный дебаф сработала бы непременно — в разы понижая ловкость и скорость атаки.

Качаюсь вправо, широким жестом косаря подрубая опорную ногу противника. Крит! Лежачая Цель! Дабл крит! Второй готов…

Испуганные, широко раскрытые глаза матери понижают уровень моей адекватности и впрыскивают в мозги излишний адреналин. Бью последнего охранника бесхитростным джебом, проламывая вскинутый щит и сминая лицо до самого затылка. В кулаке что-то противно хрустит, и это явно не чужой череп. Руку простреливает острой болью, намекая, что за все надо платить. На секунду трусливо сбоит сердце — не приведи Павший оказаться сейчас с одной только действующей конечностью! Но нет, рука работает, хотя каждое движение кистью вызывает невольную судорогу на лице.

За спиной рычат зомбаки, раздаются звуки ударного цеха по разделке коровьих туш — десятки клинков усердно фаршируют мертвое мясо. Не знаю, как там дела у противника, а вот петы сливаются катастрофически быстро, интерфейс едва успевает гасить полоски жизни.

Одним ударом перерубаю довольно символические цепи, удерживающие мать на стене и не позволяющие применять магию.