Жестокий роман. После (СИ)

Еще я отчетливо помню, как фиктивный муж учил меня стрелять. В нем сочетались самые противоречивые грани. И от него нельзя было уловить ни единого намека на страх. Всегда спокойный, уверенный в себе. Кажется, со временем эти черты его характера передавались и мне.

Да. Верно. Рядом с Бьорном я всегда оставалась спокойной. Сначала мне было до жути страшно взять на руки ребенка. Вдруг я ему что-то сломаю? Просто дотронусь недостаточно осторожно и нанесу какую-то травму. Но я наблюдала за Бьорном и понимала, что волноваться не стоит. Я тоже справлюсь.

— Где ты так научился обращаться с детьми? — спросила его тогда.

— Я был старшим сыном, — ответил он. — Мать с отцом пропадали на работе с утра до ночи, а мне приходилось присматривать за малышней. Поверь, после общения с моими братьями и сестрами никакие преступники не страшны.

У Бьорна был особый юмор. Чисто норвежский. Не все его шутки были мне до конца понятны, но практически каждая из них заставляла улыбнуться, а это уже очень много значит, если ты давно разучился искренне смеяться.

Марат тоже из многодетной семьи. Он также присматривал за братьями, обожал свою сестру. Вот только я с трудом представляла его за сменой подгузников.

Какой отец мог получится из этого мужчины? Тяжело вообразить. В голове сразу загорался яркий сигнал. Угроза. Опасность. Но если забыть об этом…

В том-то и дело: о таком невозможно забыть.

Хотя может быть и Марат мог бы завести настоящую семью. С другой женщиной. С той, которая никогда не узнает его темную сторону.

— Что такого особенного в этом твоем Бьорне? — резкий вопрос вырывает меня из пучины мыслей.

— Прости? — невольно приподнимаю бровь.

— Ну ты прямо течешь по нему, — с мрачной издевкой протягивает Марат. — Когда он рядом, аж светишься. Вся сияешь. Даже трудно поверить, что вы с ним никогда не трахались.

— Ясно.

— Что, блять, тебе ясно?

— Да все, — нервно мотаю головой. — Другого от тебя ожидать не стоило. Ты мыслишь исключительно животными категориями. Как я могу объяснить, что в мире существует дружба? Нормальное общение?

— Не знаю о чем ты сейчас, о какой на хер дружбе, — цедит сквозь зубы. — Этот уебок думает только о том, как бы тебя завалить и выебать.

— Хватит, я не стану продолжать разговор в таких выражениях.

— А что я не так сказал?

— Все, Марат, все.

— Этот твой муженек тебя хочет. Или ты реально не замечаешь, как он на тебя пялится? Слюной давится.

— Между нами ничего нет.

— Он так не считает. Ждет. Бьюсь об заклад, трахает только тех баб, которые похожи на тебя. Сочных брюнеток. Ну хоть так пар спустить, иначе бы у него уже крышу сорвало.

Ничего не отвечаю. Какой смысл?

Я не в курсе того, что происходит в личной жизни Бьорна. С кем он встречается, с кем развлекается.