Жестокий 3. Искупление

Разрядом тока в мозг шибает дежавю.

– Успокойся. Слышишь? Всё хорошо.

– Ты… Ты не тот, за кого себя выдаёшь, – шепчу, глядя на него с ужасом и горьким осознанием, что ошибалась. Всё это время я ошибалась.

– И кто же я? – спокойно рассматривает моё лицо, но я замечаю, как сильно сжимаются его челюсти. Кладёт ладонь мне на щеку, проводит пальцем по подбородку, губам. Интимная ласка. Опасная. Мне хочется закрыть глаза и отдаться ей, но это всё его игры. Я знаю. Слишком хорошо знаю своего личного монстра.

– Я не знаю.

Он усмехается, но усмешка эта говорит о веселье меньше всего. Впервые за всё время нашего знакомства, я вижу в его глазах тревогу.

– Сандра, я хорошо знаю, каково это, когда едет крыша. Переживал подобное и не раз. Я помогу тебе. Просто положись на меня, хорошо? – и, не дожидаясь моего ответа, подхватывает на руки, отрывая от пола, с которым я почти срослась. – Иди ко мне, малышка. Всё хорошо. Я рядом. Я помогу тебе, – успокаивающе шепчет мне в висок, пока несёт до дивана. Я же глубоко дышу, пытаясь справиться с накатившей истерикой. За стеной мой сын. А я… Я в абсолютном раздрае и уже не понимаю, где правда, а где очередная жестокая игра моего подсознания. Или не его…

– Посмотри, – посадив меня на диван, опускается на колени, широко расставив ноги. – Посмотри на меня, Сандра.

А я боюсь поднять глаза, потому что не верю. Не верю даже себе.

– Я сказал, смотри на меня, – звучит уже более жёстко, а пальцы крепко сжимают подбородок и силой поднимают моё лицо. – Кого ты увидела во мне?

– Имран, – имя моего страшного врага звучит пугающе. – Это ведь ты.

– Разве ты не помнишь, как он выглядел? – пытает безжалостно, заставляя возвращаться туда, куда возвращаться никогда не хотела бы.

– Помню, – и никогда не забуду. Его лицо врезалось в мой мозг незаживающей, гноящейся татуировкой.

– Тогда в чём дело? Мы настолько похожи? – насмешки в голосе нет, но это ничего не значит. Басаев опытный кукловод.

Я изучаю каждую чёрточку, каждую морщинку на его лице, и чувствую, что вот-вот действительно чокнусь.

– Не похожи. Ты и есть он.

Он резко отпускает меня, поднимается с колен и уходит на кухню. Смотрю через арку, как наливает воду в стакан, а затем бросает в рот таблетку и запивает её водой. Некоторое время стоит, уперевшись руками в барную стойку, а я изучаю крылья на его спине и длинный, тонкий стилет между ними. Что было набито у Имрана на спине? Почему я не запомнила?

Испуганно моргаю, когда перед лицом возникает стакан.

– Выпей.

Молча глотаю воду и, выпустив из лёгких раскалённый воздух, тихо прошу:

– Уходи, пожалуйста, – слышу скрип зубов, сильно смыкаю веки. – Кем бы ты ни был, уходи.