Жестокие игры в любовь

А на дворе всё-таки конец октября…

— Пойдём отсюда, — схватил он её за руку и уверенно потянул назад, к зданию спортивного комплекса.

В вестибюле он выпустил её ладонь. Выдохнул шумно и коротко передёрнулся, как от озноба, энергично потёр предплечья.

— Замёрз? — спросила Мика.

— Ничуть, — явно соврал он.

— Холодно же на улице.

— Я же горячий, — сказал он это хоть и с улыбкой, но так, что Мику и саму от смущения кинуло в жар.

Да он ещё и смотрел на неё из-под полуопущенных ресниц так, словно разгадал её смятение. Вон и улыбочка самодовольная промелькнула. Буквально на миг, но Мика успела заметить, однако сейчас, в приступе благодарности, она простила бы ему многое, а уж безобидное самодовольство — и подавно.

К тому же в следующую секунду он уже посмотрел на неё серьёзно, даже виновато и без тени улыбки произнёс:

— Слушай, Мика, прости меня, пожалуйста. Я не хотел… — Он вдруг поднял руку и провёл пальцами по её лбу.

От его прикосновения затылок и плечи осыпало мурашками, точно под кожей пропустили лёгкий разряд тока. И во рту моментально пересохло.

— Ничего, игра же, всяко бывает, — облизнув губы, промолвила Мика. — Да мне и не больно уже.

И это правда — боль, гул, головокружение, всё уже прошло.

А он, уловив её движение, уставился теперь на губы, ещё сильнее вгоняя Мику в краску.

— Всё равно прости, — пробормотал он и лишь спустя долгое мгновение поднял на неё глаза. Казалось, будто он стряхнул с себя морок. — Знаешь что, я тебя провожу, а то мало ли кто ещё к тебе пристанет по дороге. Ты подожди тут, я сейчас быстро переоденусь. Только не уходи!

Он умчался, а Мика осталась в холле. Ждать пришлось недолго — и пяти минут не прошло, как он вернулся, на ходу натягивая куртку.

— Пошли быстрее, сейчас сюда хлынет толпа, — сообщил он, взял её за руку и потянул на выход.

— А чем тебе толпа помешала бы? — еле за ним поспевая, со смехом спросила Мика. Хотя сама тоже хотела избежать ненужных встреч.

— А зачем нам свидетели? — повернулся он к ней и посмотрел так, что лицу сделалось горячо.

Преодолев смущение, Мика всё же поинтересовалась:

— Свидетели чего?

— Вдруг я захочу тебя поцеловать, — ответил он.

Мика скосила на него ошарашенный взгляд, но пока придумывала ответ, он уже с усмешкой добавил:

— Да и от поклонниц отбоя не будет.

Мика деликатно улыбнулась. Всё-таки какой же он самовлюблённый и самоуверенный нахал! И почему в других эти качества её всегда неимоверно бесили, а в нём — лишь улыбку вызывают?

Но, чёрт возьми, он её сегодня спас! Нет, может, и без его вмешательства ничего страшного и не случилось бы. Тот мужик не выглядел агрессивным, но он следил за ней, приставал… Неспроста же. И напугал он её здорово! Всё-таки ей невероятно повезло, что Колесников там оказался. Надо его поблагодарить.