Жестокие игры в любовь

Лёша, обуреваемый яростью, всё же вырвался, готовый растерзать Колесникова на месте, но к ним уже бежали…

Позже, ночью, в воспалённом гудящем мозгу то и дело вспыхивали страшные мысли. Только теперь он их уже не отметал так безоговорочно…

67

Мика

Женя объявился только на третий день.

За минувшие два дня Мика чуть с ума не сошла, терзаясь в неизвестности. Знала, что в тот вечер, когда их застал Лёша вдвоём, что-то произошло, но что?

И произошло это как раз в тот момент, когда она позвонила. По приглушённым звукам подумала, что на Женю кто-то напал. И, скорее всего, этот кто-то был Лёша, хотя подобные выходки совсем не в его духе. Но… очень настораживало и пугало выражение его лица. Оно до сих пор живо стояло перед глазами.

Мика его таким никогда не видела и, даже вспоминая его застывший взгляд, чувствовала, как холодело внутри. Казалось, тогда в дверях стоял совсем другой человек, чужой и опасный.

А затем Женин телефон был всё время недоступен. Лёше звонить очень не хотелось, но когда беспокойство взяло верх, Мика набрала и его. Однако Лёша не отвечал. Гудки шли, но трубку он почему-то не брал.

Позже Мика сообразила озадачить Веру. Правда, она со своим женихом где-то гуляла, так что только утром следующего дня взялась искать Колесникова. Всё это время Мика изнемогала, места себе не находила, хотелось куда-то бежать, искать, выяснять, только бы не сидеть здесь в тупом беспомощном ожидании. Но всё, что она могла сейчас, это мерить шагами палату, звонить раз за разом и молиться каким ни на есть богам, чтобы ничего плохого с Женей не случилось."

"А вечером приехала в больницу Вера. И приехала с дурными новостями. Мика лишь увидела лицо подруги, и внутри всё обмерло. Та и слова ещё не сказала, но Мика уже поняла — случилась беда.

— Его задержали, — сообщила Вера скорбным голосом. — И всё очень серьёзно. Нападение на полицейского — это хуже не придумаешь. Не хочу тебя пугать, но… там даже за один удар, если полицейский при исполнении, светит…

Вера, увидев, как страдальчески исказилось лицо Мики, осеклась, не договорив. Присела рядом, обняла её за плечи. Потом предложила:

— Слушай, может, с Лёшкой поговорить? Нафига ему ломать вам жизни. Не совсем же он отмороженный. Ну подрались они с Колесниковым, ну зол он на него сейчас, но что ж теперь… А хочешь, я с ним поговорю?

Мика качнула головой, глядя перед собой пустым взглядом. Минуту или две сидела молча. Вера поглядывала на неё с сочувствием, но что ещё сказать — не знала. А потом, после затянувшегося молчания, Мика вдруг произнесла:

— Мне кажется, мы Лёшу совсем не знаем…

* * *Если прошлой ночью Мика мучилась от неизвестности, то этой — её раздирало отчаяние. Ведь ясно, что Лёша Женю спровоцировал, а, скорее всего, сам и начал драку.