Жестокие игры мажора (СИ)

Я не собираюсь дожидаться его и тут же открываю дверь, но не успеваю выбраться на улицу: сильная рука хватает меня за капюшон толстовки и рывком усаживает на место.

Из моих легких выбивается весь воздух, а потом Багиров наклоняется и с громким хлопком закрывает дверь с моей стороны.

Он так близко ко мне, что я не дышу, но ощущаю на своих губах его мятное дыхание, в котором чувствуется шлейф от сигаретного дыма.

— Как я уже говорил, у меня нет времени. А раз мы не закончили, ты поедешь со мной.

Глава 8

— Что… что ты делаешь? Открой эту чертову дверь! Эй! На помощь! Кто-нибудь!

Я тарабаню по тонированному стеклу, потом несколько раз нажимаю на кнопку дверной панели и нервно дергаю ручку, затем снова тарабаню по окну, но, когда понимаю, что все бесполезно, бьюсь лбом о прохладное стекло и сдавленно выдыхаю.

Ничего не выйдет.

Дверь заблокирована одним мудаком.

— Ты слишком драматизируешь, — я слышу насмешку в его голосе и мгновенно закипаю. — Я вроде уже дал тебе понять, что не насильник, так что расслабься и составь мне компанию.

Хлопаю по окну ладонью и резко поворачиваюсь в его сторону.

— Но ведешь себя именно так! Я не хочу твоей компании! — кричу я. — Открой дверь, это не смешно! Я никуда с тобой не поеду.

— Мне жаль тебя разочаровывать, но мы уже едем, —равнодушно сообщает мудак, и в этот момент машина действительно трогается с места, а мое сердце буквально подпрыгивает к горлу.

Какого черта происходит?

Однажды я уже садилась в эту машину, но это было по собственному желанию, ведь тогда я была слепо очарована им, а точнее поцелуем, который, видимо, отключил мой мозг. Вообще… до того, как он решил отвезти меня домой той ночью… у нас было много поцелуев. И они делали со мной странные вещи.

Сейчас со мной тоже происходят странные вещи. Но иного характера. Ужасно бесит, что этот ненормальный не видит ничего такого в том, что он запер меня в своей машине, потому что ему так взбрело в голову. Почему бы ему не уделить внимание своей психованной подружке? Почему, блин, я?

Сделав тяжелый вдох, качаю головой, замечая, как Багиров бросает на меня беглый взгляд серых бесчувственных глаз.

— Кстати, милые штанишки.

— Пошел ты на хрен! — рычу я.

— Такая злобная штучка, — усмехается он, облизывая кончиком языка уголок рта. — Но ты можешь злиться только на себя. Заметь. Я всегда даю тебе выбор. Но тебе, мне кажется, нравится ходить по краю моего терпения.

Я сотрясаю руками воздух, пытаясь сдержать возмущение раздраженным рычанием, но оно все равно вырывается.

— Выбор? — я поворачиваюсь к нему всем корпусом. — Кого ты из себя возомнил? С чего ты вообще решил, что можешь давать мне какой-то выбор? Верни меня в общагу! Почему… — мой голос повышается до писка, и я ненадолго замолкаю.