Жесткий вариант

Я вышел на улицу и побрел за территорию к стоянке. Бывший сотрудник ГБ, организовавший собственную охранную фирму, мне откровенно не понравился. Это, конечно, не аргумент для получения ордера на его арест. Но то, что они с Сумароковым были накоротке, могло не иметь значения, пока Коноплев привлекался в качестве свидетеля. Стоит ему перейти в ранг подозреваемого, и сработает 23-я статья УПК, согласно которой следователь, прямо или косвенно заинтересованный в исходе дела, подлежит отводу. Не была ли показная самоуверенность Коноплева основана на его искушенности в юридических вопросах? Интересно, что их связывает…"

"«Девятка» Коноплева стояла под навесом рядом с моей «синей птицей». Я покосился по сторонам. Второй охранник проверил пропуск у выезжающего с территории водителя грузовика с фургоном, затем потребовал открыть фургон и вместе с водителем направился к торцевой двери. Не думаю, чтобы он заглядывал в кузов каждой выезжающей машины, — скорее это было демонстрацией служебного рвения перед директором, но мне было на него наплевать: на несколько секунд я оказался вне поля его зрения.

Открыть дверцу любого автомобиля для меня — пара пустяков, особенно когда в кармане есть предназначенная для этой цели отмычка…

В «бардачке» Коноплева не было ничего интересного, кроме записной книжки. Она была испещрена фамилиями, адресами и телефонами, и для того чтобы в ней что-то найти, нужно было знать, что именно ищешь. Так как я готов к этому не был, то пришлось переснять несколько страниц миниатюрным фотоаппаратом в зажиме для галстука (галстук давно развязался, «зажим» я носил в кармане).

Грузовик все еще стоял, я услышал, как хлопнула задняя дверь фургона, досмотр был окончен, и охранник вот-вот пойдет к воротам.

Я положил блокнот на место, прощупал чехлы, заглянул под сиденья… Между передними сиденьями под свернутым лоскутом протирочной замши лежала компактная шестнад-цатиканальная станция «кенвуд», работающая в диапазоне от ста до пятисот двадцати мегагерц!

Лязгнули ворота, газанул дизель. На мое счастье, охранник встал по ту сторону грузовика, оставив мне еще несколько секунд — пока протянется за линию ворот фургон… Если бы все это происходило на переезде, да вместо фургона между нами проходил товарняк вагонов на семьдесят, то я бы, может быть, успел приспособить к этой игрушке миниатюрный передатчик телефонного перехвата, которым меня снабдили в НТО по распоряжению Коробейникова. Хорошо бы еще схему иметь… и паяльник. Но так как все это было утопией, мне ничего не оставалось, кроме как положить чужую вещь на место и сделать вид, что я не я и «девятка» не моя.

Это уже было серьезно! Может быть, более серьезно, чем все сумароковские следственные действия, включая шахту и «москвич».