Ideal жертвы

 – Два года, белые локоны, голубые глазки, настоящая красавица!

– А моему Максимке три, – улыбнулась я. – Самая подходящая разница. Можно будет их познакомить...

– ...Возможно, в один прекрасный день мы с вами станем родственниками! – подхватил водитель. И с притворным ужасом спросил: – Вы будете моей, что ли, тещей?

– При чем тут теща? – улыбнулась в ответ я. – Всего лишь кумой.

– Так может, – его глаза загорелись, – мы начнем налаживать наши родственные отношения... прямо сейчас?

Его карие глаза под шапкой светло-русых волос весело искрились. И весь он был такой ладный, аппетитный...

Что ж, сейчас всего-то половина девятого вечера. Первая тренировка завтра у меня в семь. По всем правилам мне, конечно, нужно возвращаться в санаторий – не дай бог, засекут, что меня нет, и очередной штраф вкатят. Впрочем... Не боюсь я больше их штрафов. Теперь у меня – спасибо Тулякову! – на руках появился реальный козырь. Сообщи я ментам – даже нашим никчемным, местным – про странное завещание Елены Ивановны, и у директора санатория возникнут реальные проблемы.

Так что пошли они все, мои начальники! И про холодного Костю с его непонятным поведением я на сегодня тоже забуду. Совсем мне сейчас неохота добиваться его, обхаживать, применять хитроумные свахины рекомендации... Хочется чего-то простого, бесхитростного, жаркого. Например, провести этот вечер, а то и ночь вместе с симпатягой шофером. Хотя бы заряд бодрости получишь. И будет потом что вспомнить. Да и надо же чем-то ознаменовать мое счастливое спасение – я ведь уже с жизнью прощалась. А главное – выздоровление Максимки.

Я лукаво улыбнулась и спросила:

– В любви вы тоже торопитесь, как на дороге?

Он подхватил меня под руку и интригующе произнес на ушко:

– О-о, нет. К тому же, в любви я куда более виртуозен!

И мы с ним рядышком двинулись в ночь.

Бэла"

"Когда мы с Костей не встретились на следующий, как он обещал, день, я не беспокоилась. Ну, мало ли, занят человек, все-таки он на серьезной должности, вон и посреди ночи на работу выдергивают. Я убеждала себя: все у нас еще впереди. Было, правда, немного скучно – ни аэробики (после ссоры с Лилией к другому инструктору я так и не записалась), ни сеансов у доктора Старцева... Но я использовала освободившееся время с толком: сходила на маникюр с педикюром, к косметологу и даже решилась наконец осветлить волосы – а то стыдно сказать, до двадцати семи лет доходила со своим натуральным, пегим, цветом.

И на следующее утро на завтраке была если не самой красивой, то, по крайней мере, самой ухоженной – особенно на фоне большинства невыспавшихся, плохо причесанных, в традиционных спортивных костюмах дам.

Хотя народ здесь довольно равнодушен друг к другу, мое преображение не прошло незамеченным.