Поместье для брошенной жены

Дан продолжал говорить, и я словно умерла еще один раз, такая грязь лилась из его рта.

Он позаботится обо мне. Даже несмотря на то, что я делаю все, чтобы влезть в их семью и испортить ему карьеру. Дафна вынуждена терпеть расспросы семьи своего возлюбленного, который уже не так сильно готов на ней жениться. Затаился ее любимый, ждет, чем закончатся наши внутрисемейные разборки, а я ничуть не помогаю. Гажу семье.

Мой замедленный взгляд отыскал Дафну, застывшую у кортежа отца, но наплывающие слезы не дали толком ее разглядеть.

— Ну что молчишь?! — терпение у сына кончилось и он начал злиться.

К нам поспешно подошел свекор, сияя благостной улыбкой.

Не поленился до храма добраться, все боялся, что я развода не дам или буду цепляться за семью Кайш, как цепляется репей за подол платья.

— Не слушай эту женщину, внук, она лжет, — тут же влез он. — Иномирянки часто лгут, хоть это и не их вина. А теперь или к сестре, да помоги ей забраться в карету, раз этот графский щенок оставил ее одну в такой день.

Дан посмурнел, но промолчал. Ему даже не хватило силы воли, сказать, что я вообще молчала и уж никак не могла о чём-нибудь соврать. Дед приучил его к тупому послушанию.

Может, это и к лучшему. Мой сын — дракон и вступал в возраст, где ему потребуется стальная рука родителя. Мои руки явно для этого не годятся. Мягкие, слабые и лишенные магии. Они были кстати, когда качали и кормили, просто Дан и Дафна их переросли. Я просто… должна их отпустить.

— Вы же подписали бумаги о выходе из клана Кайш? — светски поинтересовался свекор. Перевел на меня полный жестокой пустоты взгляд.

Не доверяя собственному голосу, слабо кивнула. Кажется, это была первая более-менее вменяемая реакция за сегодняшний день.

— Ваши драгоценности принадлежит баронству, поэтому отнесись с пониманием. Мы не может отдавать их каждой женщине нашего сына. Они вернутся в казну, пока вейра Гроц не наденет их на венчание.

Мы ведь ладили. Сложно, не без неровностей, но ладили. Свекры приняли моих детей, полюбили их, но я, словно мандрагора на сухой земле, не приживалась в южном клане Кайш. Меня так не приняли, и теперь мстили за отнятые у Берна восемнадцать лет.

Но свекор цепко впился мне в руку, вымогая ответ, и я устало сказала:

— На что мне ваши баронские бусы? Я даже трусы из леяшского кружева оставила. В темные времена отдадите их супруге. Или тетке. Тетке даже лучше, на супругу вашу они не налезут.

Безразличными глазами смотрела на смешно трясущегося, багрового от унижения свекра и чувствовала только вселенскую усталость.

Зачем все это? Зачем все это было? Для чего были эти восемнадцать лет?

Из храма поспешно вышел Берн и тут же поспешил в нашу сторону. Мне нужно было уйти. Сил слушать упреки не осталось.