Жена Эмина. Его наследник

Другими словами, ты хорошая мать. Наш сын отзывался о тебе с любовью, Диана.

Эмин возвышался надо мной, мне пришлось задрать голову.

Почему-то его слова не вызывали во мне теплоту. Наоборот, я замерзла. Несколько раз передернула плечами – так зябко стало и страшно.

- Я уже занялся подготовкой документов. Я был удивлен, когда узнал, что в графах стоят далеко не наши имена. Теперь это объясняет то, как тебе удалось так долго скрывать от меня моего же ребенка.

- К чему ты ведешь, Эмин?

- Будет чистый лист. На Шаха Эльмана. С моим отчеством.

Каждое слово он припечатывал.

- И только тебе решать, чье имя будет стоять в графе «Мать». Посиди и поразмысли. Я даю тебе время подумать, насколько ты готова вернуться к нам.

Глава 27

- Что ты сказал? – боль пронзила самое сердце, - ты же знаешь, что у меня нет выбора. Я хочу увидеться с Эльманом сейчас!

Я бросилась следом за ним, но было слишком поздно.

Одним лишь движением Эмин отстранил меня от себя, заглянул в глаза и скомандовал:

- Сына увидишь позже. Мы обсуждаем, где он хочет отметить свой четвертый день рождения. И еще кое-что, - Эмин подобрался, - Коля передал мне, что у Эльмана аллергия на глютен. Я ознакомился со списком, ограничений много, но я уже купил необходимые продукты и исключил на кухне запрещенку.

- Спасибо большое.

- Я хочу знать, как ты узнала о том, что у него есть аллергия?

- Когда у Эльмана появились высыпания на всем теле, я обратилась в врачу, и мы сдали анализы. Результаты показали реакцию на глютен, но никто из врачей не обратил на это внимания. О диете нам не сказали и о том, насколько это страшно - тоже. В тот день нас отпустили домой.

Эмин сжал челюсти, я тяжело продолжила:

- А позже, когда мы продолжили не соблюдать диету, сыну стало совсем плохо. Он начал задыхаться, а это, как выяснилось, тяжелая форма аллергии. Мы повезли его в больницу, там его успели спасти.

Эмин кивнул и зудумался.

- Как только мы вернемся в Волгоград, Эльмана будут наблюдать лучшие врачи. Мы решим эту проблему.

Эмин ушел. Я бросилась к двери, и моим первым желанием было заколотить по двери и просить его вернуться, чтобы выслушать мой ответ. Ведь я, конечно же, готова на все.

И отказаться готова ото всего, даже от свободы. Потому что от детей не отказываются, нет. От сердца своего не пишут отказ добровольно.

Но чувства пришлось заглушить – борьба проиграна, сильнейший взял свое. Я отвернулась от двери и съехала по ней вниз. Перспективы были не радужные: лишение работы, переезд от бабушки назад – во тьму, в Волгоград. Эмин дал понять, что увезет сына туда. А где сын, там и я. Вот и весь расчет.

А что дальше?

Замуж за Эмина?

Я вспомнила наш давний разговор и так и застыла – на корточках. Тогда был конец мая, Эмин сделал мне предложение и сказал, что хочет от меня детей.

«Хочу от тебя детей.