Жена проклятого князя

– Мне донесли, что здесь происходит дуэль! – Капитан обвел собравшихся в приемной хлыщей яростным взглядом, безошибочно остановившись на Лавуа. – Кто-то обнажал оружие?

– Что вы смотрите на меня? Я вообще безоружен! – В качестве доказательства Лавуа указал на бант, украшающий эфес его шпаги и фиксирующий ее в ножнах. – Мы, как истинно благородные шевалье, чтим эдикт его императорского величества!

– Я же говорю, лихорадка и судороги. Смотрите, как тяжело дышит бедняга. Может, позовете лекаря, капитан?

– Позову непременно, – буркнул тот, обжег Лавуа еще одним ненавидящим взглядом и обратился к Андре: – Вы подтверждаете, что никто не обнажал оружия, сэр Вульф?

– Несомненно, капитан. Никто не обнажал оружия.

– Что ж, вам я верю, – капитан выделил «вам». – Господа гвардейцы, позовите лекаря, и все по местам. Тревога оказалась ложной.

Гвардейцы отдали честь и с топотом разошлись, а Андре вслед за Драккаром вышел из приемной Мориса.

– Берегите спину, Андре, – тихо сказал капитан на середине галереи, ведущей к боковому выходу. – Милость принца не защитит вас от Лавуа и прочих ядовитых тварей.

– Ничего, – хмыкнул Андре. – Я уже привык спать с кинжалом под подушкой.

– Отличная привычка, – кивнул капитан и перевел тему: – Сегодня удивительно сильная гроза! А эти господа отвлекли меня от крайне интересного дела. Мне кажется, вы не чужды механики, Андре?

– Вы весьма наблюдательны, Джеймс.

Андре кинул выразительный взгляд на украшающую отворот камзола цепочку от механических часов, первое и единственное его дорогое приобретение. Что делать, привычка! Без часов Андре чувствовал себя чуть ли не голым.

Капитан хмыкнул:

– В меру, Андре. Все должно быть в меру. Иначе мы рискуем пуститься в совсем уж неправдоподобные домыслы, не так ли?

– Вы правы, капитан. Неправдоподобные домыслы совершенно ни к чему.

– Тогда предлагаю вам взглянуть на небольшой эксперимент.

– С удовольствием.

Механику Андре и в самом деле любил с детства. Ему отчаянно хотелось хоть в чем-то оказаться лучшим, заслужить похвалу отца. Как он гордился, собрав заводной поезд для Ярослава, любимого младшего братишки! Ведь было же время, когда Андрей и Слав не враждовали, когда между ними не стояло наследство, и отец любил их обоих… А может быть, Андрею это только казалось. Сейчас, вспоминая того глупого мальчишку, Андре понимал – казалось. Для князя Волкова бездарный сын с самого начала был досадной обузой, которую даже в храм не отдашь.

Бездарных не берут в жрецы.

А увлечение механикой и знание точных наук князь Волков не счел чем-то достойным внимания и тем более похвалы. Лишь морщил благородный нос и ждал, когда ненужный сын сломает шею или нарвется на чей-то клинок. Сам, только сам.