Ночные желания

Причина этого, конечно, была в близости Рейна, в его изучающем взгляде.

Только Мадлен собралась пересесть на свое место, как он задержал ее, легко дотронувшись до ее руки.

— Мешочек для писем все еще у вас под юбкой, помните?

У нее вдруг перехватило дыхание.

— С этим я справлюсь сама, — едва вымолвила она.

— Жаль, — ответил он мягко.

Наклонясь вперед, Мадлен нащупала у себя под юбками мешочек и отстегнула его от подвязки. Затем сунула его в саквояж и расправила подол платья. Но и после этого Рейн не позволил ей вернуться на прежнее место.

Вместо этого он нежно откинул ее на спинку сиденья и заглянул в лицо.

Мадлен затаила дыхание, гадая, не воспользуется ли Хэвиленд их вынужденным уединением, чтобы склонить ее к капитуляции.

Его слова тут же подтвердили ее опасения.

— Но и это еще не все, милая, — прошептал граф. — Я хочу показать вам, почему вы должны тщательно рассмотреть мое предложение.

Мадлен слабо покачала головой.

— Я уже давала вам свое согласие это сделать.

— Но я сомневаюсь в серьезности вашего обещания.

Он нежно провел пальцем по ее губам, отчего по телу девушки рассыпались жгучие искорки. Затем Он наклонился к ней так близко, что она ощутила тепло его дыхания.

Мадлен бросило вжар от осознания того, что граф собирается поцеловать ее. Она попыталась совладать со своим участившимся сердцебиением, подаваясь в сторону. Но когда он преодолел отделявшее их расстояние, она уже была не в состоянии пошевелиться.

Рейн медленно облизал ее нижнюю губу, языком принуждая рот девушки открыться, и проник внутрь, лаская нежно и неспешно, отчего Мадлен окончательно обмякла. Нависнув над ней, граф целовал ее с томительной обстоятельностью, пока она не нашла в себе силы и не уперла ладони ему в грудь.

— Я знаю, что вы задумали, — пожаловалась она срывающимся голосом, — опять будете подрывать мою обороноспособность.

Он одарил ее той улыбкой, от которой таяло сердце.

— Обязательно буду, о чем вас честно предупреждаю. Я не из тех, кто легко отступается.

Ее не нужно предупреждать, она и так уже знает, каким Рейн бывает коварным. Боже мой, его прекрасное лицо совсем рядом, и нет никакой возможности сопротивляться этим искусительным губам. А ее чувства предательски подталкивают безраздельно отдаться в их власть.

Все же Мадлен предприняла еще одну попытку отразить его натиск.

— Я полагала, вы рыцарь и придаете большую важность благородству. Но совсем не по-рыцарски пытаться меня соблазнить.

— А я делаю это для вашей пользы, дорогая. Я собираюсь выпустить наружу ту скрытую страсть, которая томит вас изнутри.

— Какую еще скрытую страсть? — у нее пересохло во рту.

— Вы хорошо знаете, о чем я говорю.