Жаркий Август. Книга вторая

Узнал, что ад приближается к концу, а я тут сопли жую из-за того, что он, видите ли, говорить со мной не хочет, о будущем думает. Да мне радоваться за него надо! А я как бабка столетняя охаю и причитаю. Не смотрит на меня, не говорит со мной, уехать хочет поскорее и забыть… Можно подумать, сама вела бы себя иначе! Да я бы целыми днями в своей комнате сидела одна, мечтательно глядя в окно!

Самой от себя противно, от своего вечного нытья. Что вообще со мной приключилось? В очередной раз диву даюсь от осознания того, какой стала в последние месяцы. Будто подменили. Вижу только одни проблемы и никаких положительных моментов. Это отвратительно, это душит, это мешает нормально жить.

Надо выплывать, иначе, вытащив Тимура, сама пойду ко дну вместо него.

Недолго думая, иду в кабинет. Мне нужно пообщаться с тем, кто умеет взбодрить и направить на путь истинный. Мне нужен волшебный пендель, от лучшего Мастера по вправлению мозгов.

Пока включается компьютер, пытаюсь вспомнить какой у него график. Вроде сегодня выходной после ночного дежурства. Так что должен быть дома, если конечно не остался у очередной красотки на ночь.

К моей превеликой радости, Лазарев дома и даже не отсыпается после рабочей ночи. На мой вызов он отвечает практически сразу бодрым, но смазанным чавкающим «Здрасте».

— Привет, — растекаюсь в улыбке, когда вижу, как он уплетает огромный гамбургер, такой, что даже в рот не влезает, — опять на подножном корме?

— У меня, в отличие от некоторых, персональных поваров нет, так что ем, что придется, — ворчит он, запивая из большой кружки.

— Бедный. Жениться тебе надо, барин, чтобы супы с кашами дома были.

— Непременно. Вот прямо сейчас и побегу на поиск невесты. Главное, чтобы не досталась такая как ты, а то с голоду помрешь, — хмыкает он.

— Злой ты, — фыркаю, ничуть не обидевшись на его слова. Ну не умею я готовить, и что такого? Изюминка у меня такая."

"— Зато красивый, — самодовольно улыбается.

— И скромный.

— И умный.

— И очень скромный!

— И вообще замечательный, — снова кусает гамбургер, набивая обе щеки.

Не могу сдержаться, смеюсь, и настроение медленно, но верно ползет наверх. С ним всегда так. Мой личный антидепрессант.

— Как вы там поживаете в мое отсутствие? Балдеете в гордом одиночестве и не можете нарадоваться, что я, наконец, свалил, оставив вас наедине?

— Никита! — шиплю на него, изо всех сил стараясь не покраснеть. Хмырь догадливый. — Хватит глупости говорить!

— Почему это глупости? Всем известно, третий — лишний, — он все так же усмехается, прекрасно понимая, как двусмысленно прозвучали его слова, — твой Тимурка чуть ли от радости не прыгал, когда меня провожали.

— Тебе показалось!

— Угу, я так и подумал.