Жандарм

Стешка несколько раз принимался за шитье и столько же раз бросал, когда Сергей Терентьевич приказывал ему «не тратить время и силы на скупого господина». В итоге сошлись на четырех рублях и двадцати копейках. И то, когда лавочник принял от меня деньги, его лицо светилось — точно нагрел!

Забрав свой костюм, я для порядка решил пройтись по другим лавкам, кои на улице были, и узнать про цены. Но выскочил из первой же, когда встретил чуть ли не точную копию «Сергея Терентьевича», пусть не по внешности, зато по поведению. Ну его! Мне хватило и одного раза.

Однако возвращаясь в жандармерию, где намеревался переодеться и оставить свою форму, я дал себе зарок все-таки выяснить реальные цены на одежду. Да хоть у того же Пантелеева!

По итогу у меня в кармане осталось лишь тридцать пять марочных копеек. Тридцать пять стоил завтрак в столовой, десять я потратил на извозчиков и вот — купил костюм, называется! Как прожить на эти деньги до получения пансиона, я представлял слабо. Была лишь небольшая надежда, что через два дня, как пройду проверку и получу назначение, мне выдадут и хоть какие-нибудь подъемные. Но и два дня прожить-то как-то надо!

Понимание, что я резко стал нищим, привело к тому, что от услуг извозчика я уже хотел отказаться. Лишь незнание города, да сверток с вещами подмышкой заставили меня скрепя сердце пойти на такие траты.

Выйдя из здания служебной гостиницы уже в новом костюме, я с горестью подсчитывал свои невеликие «сбережения». Похоже, по голове меня ударили гораздо сильнее, чем я предполагал. Иначе почему я совершаю такие глупые ошибки?

Было уже далеко за полдень, поэтому я не удержался и снова посетил местную столовую, ограничившись там обедом из каши и стаканом чая. И теперь у меня осталось лишь восемнадцать копеек.

В таком виде меня и застал у проходной Савелий Лукич. Он как раз зашел на территорию управления, и я чуть в него не врезался — так был увлечен своими мыслями.

— Решили примерить на себя роль рабочего? — весело улыбнулся он. — Вживаетесь в роль? Похвально! Взгляд у вас сейчас был один в один, как у работяги, получившего зарплату. Но мой вам совет — не держите деньги на виду. Это вызывает нездоровый интерес у окружающих. И простой работник фабрики никогда не будет вот так на улице пересчитывать свои сбережения.

— Спасибо, — поблагодарил я жандарма. И тут же спросил. — Савелий Лукич, а сколько на ваш взгляд стоит костюм, что на мне?

— Такой? Два с половиной рубля, если по материалам. Что? — заметил он, как скривилось мое лицо, — не сумели сторговаться?

— Сторговаться?

— Ну да, — пожал он плечами. — Вы же его в лавке брали? Ну вот! В лавке, да на рынках, цену вы будете платить такую, за какую сторгуетесь с продавцом. Это не ателье и не модный салон.