Жандарм

— То, что я и сказала — демонстрация своего мастерства и мужества. Если вы умело фехтуете, то не допустите ни одного удара по себе. Но даже если нет то, просто оставшись в круге, покажете, что не являетесь трусом. Это главное. Так что скажете? Поучаствуете?

— Человек, что боялся раскрыть свое имя? — фыркнул, уже обзаведшийся оружием и вставший за плечом Лиды Меньшиков.

— Страх и необходимость — разные понятия, — отбрил я его. — Я участвую!

— Я рада, — улыбнулась Лидия, а в уголках ее глаз снова прыгали «бесенята».

К счастью, я был не первым, кто вышел «в круг», поэтому смог со стороны посмотреть, как проходят поединки. Кроме самих участников был судья, два секунданта, два протоколиста и два врача. За что отвечал судья и так понятно. Секунданты были не только моральной поддержкой поединщика, но и несли ответственность, что со стороны их «подопечного» не будет нарушений. Протоколисты, которыми выступали присутствующие девушки из медицинского института, регистрировали ход поединка. Кто сколько ударов нанес, каких, какие были парированы, а какой стал точкой в поединке. В качестве врачебной помощи выступали тоже будущие медики, но уже не только из института, но и парни Военно-медицинской академии с соответствующим даром. В поединке были запрещены любые колющие удары и режущие смертельные (как удар по шее). Сами участники старались бить по лицу, хотя удары и по остальным частям тела не запрещались. А все дело как раз в том проявлении «мужества», о котором говорила Лида. Удар по лицу лучше всего раскрывал качества дуэлянта. Дрогнет или нет. Зажмурится, испугается и выйдет из круга, или, даже не успевая парировать, примет болезненный удар по лицу. Защита здесь была лишь одна — очки для глаз. И все. Основное оружие — сабли. Поэтому наличие на стенах шпаг и рапир для меня выглядело странным, но когда я спросил о нем Воронцову — та сказала, что их развесили для «антуража». Как и тяжелый двуручник. Хотя формально использовать их не запрещалось, но попробуй нанеси режущую рану оружием, предназначенным для колющих ударов.

Когда очередь дошла до меня, своему сопернику я не удивился. Степан Меньшиков — ну кто бы сомневался, что явно имеющий авторитет среди остальных членов кружка блондин не воспользуется им и не договорится с остальными о предоставлении себе одного вполне конкретного соперника!

— В круг приглашаются Степан Петрович Меньшиков и Григорий Мстиславович Бологовский! — провозгласил судья — чернявый парень с прямым «римским» носом в сером мундире с погонами прапорщика.

Как я помнил из библиотеки деда, прапорщик — это самый младший обер-офицерский чин. После него уже идет подпоручик, поручик и так далее.

Моим секундантом стал рослый широкий в плечах рыжий медик. Звали его Игнат Дегтярев.