Землянка по ту сторону неба Хайд

И те, кто сражался, и те, кто наблюдал, как вершится история.

Вокруг самой арены на парящих трибунах сидели тенорцы. Не все бросили вызов на бой за алетейю. Большинство пришло просто посмотреть. Такой шанс представлялся нечасто.

Толпа кричала и скандировала: «Дат Камп!» (Да будет бой!)

Я присоединился к боевому кличу:

— Дат Камп!

— Адриан, ты как, готов? — подошёл ко мне сопровождающий.

Рир Бериион — тенорец, присланный Советом Старейшин в качестве одного из наблюдателей, должен был следить за ходом боя и мониторить соблюдение протокола.

— Да, — я смотрел прямо перед собой, но видел только Алну.

Нет, конечно же её здесь не было, но в последнее время образ рыжей девушки был со мной постоянно — и во сне и наяву. А воспоминания о запахе до сих пор будоражили, и не только кровь.

Усилием воли выбросил образ алетейи из головы и сосредоточился на деле. Даже рёв предвкушающей толпы стих, я ушёл в себя, концентрируясь на внутренних потоках силы, проверяя готовность энергополя.

— Выбей из него всю дурь, — шепнул мне напоследок Рир Бериион.

Наблюдателям нельзя было ни вмешиваться, ни проявлять симпатию хоть к кому-то из борцов. Значит, отец постарался. Проявил участие, так сказать.

Ничего не ответив, я вышел на ринг.

Два солнца нашей системы слепили: одно ярко светило в небе, разбрасывая вокруг себя белые лучи, второе было похоже на Луну — глубокие кратеры были видны даже отсюда. Силовые щиты арены красиво мерцали узором из серебристо-розовых разводов. Зрители заполнили все антигравитационные платформы. Их возбуждённые голоса сливались для меня в неразборчивый гул, который только усиливал раздражение."

"Ступил босыми ногами на прохладное вулканическое стекло. Запах серы и раскалённого камня от вулканических плит щекотал ноздри, напоминая о древних традициях наших предков. Пропустил сквозь себя внутреннюю силу, напитывая ею пространство вокруг, закольцевал вокруг защитный контур. Ветер развевал неубранные волосы. Сосредоточился на внутренних ощущениях. Прочувствовал каждую мышцу, замершую в напряжении. Был готов рвануть в бой сразу же.

Максимилиан Де’Риан, мой давний соперник не только в пилотировании, но и следующий в очереди на императорский престол, если со мной что-то случится, конечно, и в негласной борьбе за положение иерархии силы, стоял напротив, самодовольно ухмыляясь. Он был одним из тех, кто прилетел за нами на планету. Первым сказал ритуальную фразу. Он посягнул на то, что я уже считал своим. Смотрел на Алну, вдыхал её запах. Это бесило и выводило из себя. Стоял напротив меня и играл мускулами, одновременно расширяя своё энергетическое поле. Впрочем, как и я.

Немного покрасовавшись, мы встали в боевую стойку.