Чужая земля

Для лучшей видимости — сюда поставили два самых обычных, гражданских широкоформатных телевизора, на которые шла картинка с поставленных снаружи видеокамер. Еще в бункере стояли несколько стульев, довольно обшарпанных, и больше ничего. Ни пульта, ни чего либо иного, что позволило бы управлять происходящими снаружи этой крепости событиями…

Полковник Шуджа — закрутил поворотный штурвал кремальеры — и стальная, непробиваемая, как на корабле дверь отрезала бункер от внешнего мира. Едва слышно гудела система вентиляции, нагнетая внутрь чистый воздух.

Президент вдруг подумал, что напрасно они собрались здесь все вместе. Если кто-то из генералитета решил — возможно под влиянием американцев, возможно китайцев — сделать то, что в девяносто девятом году сделал он сам — лучшего момента и не придумаешь. Их просто не выпустят из этой бетонной мышеловки, а если кто-то решится на это: маленькая колба с какой-нибудь дрянью в систему вентиляции, и они тут передохнут как крысы.

А хотят этого многие. Многие…

— Начинается… — вдруг сказал генерал Гуль, присутствовавший здесь же. Как бывший глава спецслужбы, привыкший подглядывать — он не отвлекался ни на что постороннее, а неотрывно смотрел на экран.

Президент посмотрел на экран, вместе со всеми — и увидел, как внутри этой самой арки — колыхается что-то непонятное… что-то вещественное, как полог. Полог был серебристого цвета, как ртуть…

— Аллах всемогущий… — сказал кто-то.

Первая фаза — напряженно сказал полковник Шуджа, уже видевший это — контакт есть…

Президент испугался. Даже здесь, в этом бункере — был какой-то неотвязный звук… похожий на то, как звенит ночью комар, только еще тоньше и противнее. Глава государства Пакистан, давно уже соблюдающий религиозные нормы только для вида — поднял глаза вверх, но увидел только низко нависающий над головой низкий бетонный потолок — как в склепе. Едва шевеля губами — президент начал читать фатиху[40]…

Бисмил-ляяхи ррахмаани ррахиим. Аль-хамду лил-ляяхи раббиль-`аалямиин. Ар-рахмаани ррахиим. Мяялики яумид-диин. Ийяякя на'буду ва ийяякя наста'иин. Ихдина ссырааталь-мустакыим. Сыраатол-лязийна ан'амта `аляйхим, гайриль-магдууби `аляйхим ва ляд-дооллиин. Амин.

Президент читал фатиху на классическом арабском, а не родном урду, спотыкаясь и вспоминая правильные слова. Он очень давно не обращался к Аллаху так искренне, как это делал сейчас, в бункере атомного центра, где он мог погибнуть в любую минуту…

— Смотрите!

Из залитой серебристой ртутью двери в иные миры — появилась человеческая фигура, такая же серебристая — но стремительно превращающаяся в самого обычного человека в военной форме….