Чужая земля

Что же касается того, куда мы идем, об этом знает только Моулави, да пребудет с ним милость Аллаха и те люди, с которыми мы должны встретиться. И больше никто…

Амир напряженно размышлял. Пусть эти явно были правоверными — все же они перешли границы. Кроме того — они не были гостями амира, не были в его доме — и значит, он мог поступить с ними, как считал нужным, как обычно поступали с чужаками на племенных землях — потребовать дань, а если чужаки ведут себя нагло — то и убить. Так… да не совсем так. Сейчас, несмотря на то, что движение сопротивления шурави считалось афганским — в нем все больше и больше было вот таких вот… бинанга[117]. Людей, не имеющих ни родства, ни своей земли и пришедших на чужую, чтобы воевать. Если сопротивление начиналось как война за землю Афганистана — то теперь такие как эти…просто воевали и им было наплевать, на Афганистан. Моулави Хаккани — известный лидер, пуштун, племени джадран, из которого давно выходили все военачальники королевской армии, род мизи — однако, всем известно, что он забыл про Афганистан, про свой род и продался арабам, постоянно ездит туда и отчитывается. У него — поддержка арабов, пакистанцев, американцев. А у амира — сын в медресе Хаккания, и одному Аллаху известно, что с ним могут сделать, если он убьет посланников Хаккани на своей земле. Да и другие племена не одобрят…

— Ваши лагеря находятся южнее. Далеко забрались…

— Мы идем в Кабул…

И какого хрена им там надо?

— Аллах, да направит ваши стопы по верному пути, и да сохранит он вам жизни в дороге… — решил наконец амир.

— И тебе, да будет милость Аллаха, смелый воин и военачальник…

Когда неизвестные — их было четверо и все с оружием — скрылись из виду, амир щелкнул пальцами, подозвал двоих людей из ополчения, самых молодых.

— Вы хорошо рассмотрели людей, с которыми я только что разговаривал?

— Да, эфенди… — сказали они, склонив головы в полупоклоне.

— Идите по их следам. Они не должны вас видеть…

— А потом? Вы хотите, чтобы мы их убили, когда они остановятся на ночлег?

— Ни в коем случае! Просто посмотрите, куда они пошли. Идите за ними до границ наших племенных земель. После чего возвращайтесь. Замечайте все — с кем они будут встречаться, где ночевать, что оставлять в тайниках. Вернетесь и расскажете все.

— Да, эфенди…

Опасения амира были понятны. Хаккани и его люди были сконцентрированы в Пактии и Пактике, вместе с пуштунами его родного племени были подонки и бандиты со всего Востока, а так же люди из ЦРУ. Хаккани всегда был показательно набожным, он даже открыл собственное медресе в своей родной провинции — но амир и другие пуштуны — знали цену его словам.