Чужая земля

Истошный визг стальных роликов, выброшенных несколькими минами МОН-50 смешался с громовым грохотом разрыва, обе машины моментально заволокло облаком дыма и взбитой взрывом пыли. Когда пыль немного осела — вместо двух белых, приличного вида машин предстало кровавое месиво, искореженная сталь и разорванные человеческие тела.

— Прикрываю — сказал Джума.

Смирных переправился на тот берег оросительного канала по переходу, сунулся в Паджеро. Один за другим — хлопнули два пистолетных выстрела — гарантия…

Надо было уходить.

Первый отряд муджахеддинов они встретили, когда прошли чуть больше километра от места засады. Двадцать бойцов — это скорее не моджахеды, а лашкары или малиши, пуштунское племенное ополчение. Молодые парни, по двадцать — двадцать пять лет, среди них есть явно и те, кто отслужив в афганской армии — на другой стороне такие очень ценятся. Эмиром у них был мужик лет сорока с обезображенным осколком гранаты лицом — шрам прятался в смоляной поросли бороды.

Две группы — моментально, едва заметив друг друга — рассыпались и залегли. Потом — эмир племенного ополчения встал и медленно направился вперед, держа автомат на вытянутой вверх руке. Автомат был новенький, наверное, народная власть дала, было такое дело — племена вооружали, чтобы те могли «защищать земли племени от ашраров[115]». Пуштуны не говорили за это спасибо — если неверные так глупы, чтобы раздавать за красивые слова бесценное в этих местах оружие — какой смысл благодарить глупцов, лучше поблагодарить Аллаха за то, что он послал глупцов на их пути.

Навстречу — пошли Смирнов и Джума.

— Ас Саламу Алейкум уа рахматуЛлахи уа баракатуху — первыми поздоровались они, потому что были гостями на этой земле, а перед ними был ее хозяин. Но и автоматы они не опустили.

— Ва алейкум ас салам… — ответил эмир. Обычно он просто отвечал «салам», но тут, судя по знанию полного приветствия, перед ним были муджахеддины с Востока. Их здесь не слишком то привечали — в конце концов, какая разница, откуда пришли на твою землю без спроса, с Запада или с Востока. Но старались не ссориться, потому что гости — не знали пощады. И потому — эмир ответил так, как знал, хотя полное приветствие было еще длиннее. Но его знал только мулла.

— Да поможет вам Аллах в вашем пути, да приведет он в порядок дела ваши… — продолжил Джума. Смирнов молчал.

— Кто вы такие, странники, и куда идете по нашей земле…"

"— Мы люди Моулави Хаккани, да пребудет с ним милость Аллаха, воина, беспощадного к харбиям[116] шурави и милостивого к правоверным. Мы идем по этой Земле, потому что ее создал Аллах, равно как и все, вокруг нас, и нет границ, кроме тех, которые устанавливают кяффиры, в своем ширке и отрицании Аллаха.