Лорд блуждающих земель

Судя по всему, сыворотка приводила сознание человека в более-менее исходное состояние, и он начинал осознавать всё то, что натворил в пьяном виде. Меня это полностью устраивало, пусть помучается, понимая, что наделал в последние дни.

В лагере нас приветствовали, но без особого энтузиазма. Я заметил, что очень многие выпивают, и их поведение тут же изменяется.

Даже Сквозняковский, который помог бежать Степану, сам никуда не делся, а по-прежнему выпивал в остроге. Он посмотрел на нас мутным взглядом и отсалютовал возвращённому арестанту.

— Отобрать алкоголь, — распорядился я. — Утром будет суд.

Алину и Соню снова отдали под присмотр целителя. А я направился прямиком к Горитрубову. Никакой тайны из его местоположения не делалось. Он суетился возле своего внедорожника, внутри которого стоял внушительный перегонный куб.

— Приветствую мага огненной воды, — мрачно проговорил я, присаживаясь на стул, стоящий неподалёку, который, видимо, использовался Горитрубовым в то время, когда не нужно было контролировать процесс. — Новая партия?

— Приветствую вас, лорд, — маг склонился в почтительном приветствии, что даже сбило меня немного с толку, потому что как такого ругать? — Какими судьбами? Или у вас уже всё кончилось? Вы бы Тимофея прислали, как обычно. У меня тут специально для вас припасено самое лучшее…

Слова из него лились, словно самогон из чарки. Более того, сам создатель дурманящего пойла был до неприличия трезв, учтив и благожелателен.

— Оставь, — я остановил его жестом, и он вопросительно вскинул бровь. — Я как раз к тебе по поводу твоего самогона.

— Неужели вашей светлости не понравилась предыдущая партия? — с ненаигранной болью в голосе спросил Горитрубов. — Я так старался, лучшие листья отбирал. Тут, конечно, материал не такой богатый, как в Новых землях, немного изменён генетически, но всё-таки вкусно получилось… Вроде бы.

— Как вас по имени-отчеству? — я сделал вид, что забыл.

— Пал Матвеич я, — отозвался маг.

— Так вот, Пал Матвеич, — проговорил я, стараясь понять, он действительно не понимает, что происходит из-за его пойла, или прикидывается, — дело не во вкусе, — я попытался вспомнить вкус и нашёл его выше среднего. — С ним как раз всё в порядке. Дело в поведении людей. Вы посмотрите на них. После первого глотка человек превращается в ленивое животное, которого на свершения может поднять лишь такая же животная агрессия. Или это в порядке вещей?

— Как? — Горитрубов так широко раскрыл глаза, так что я понял, он совершенно искренен. — Пойдёмте, посмотрим, если можно, — он снова говорил быстро, но теперь эффект журчащего ручейка пропал, и слова падали отрывисто и рублено.

— Пойдём, — ответил я, вставая.