Зажечь небеса

Интересно, забилось ли сердце Коннора так же часто, как мое, когда он увидел Отем? Смотрел ли он в ее светло-карие глаза, искрящиеся, подобно драгоценным камням, или на полные губы? Вспоминал ли он, что она пахнет корицей? Любовался ли он ею, испытывал ли странную гордость, думая о том, что эта девушка собиралась посвятить ему всю свою жизнь? Собиралась отдать ему свое сердце.

– Я здесь не для того, чтобы выяснять отношения, – сказала Отем. – Слышала, вы оба возвращаетесь в Амхерст, а значит, есть вероятность, что мы будем невольно сталкиваться друг с другом в кампусе. Мы расстались довольно некрасиво, мы трое, поэтому я подумала, что будет лучше… не знаю. Мы пришли к взаимопониманию?

Мы с Коннором дружно промолчали, и тогда Отем выпрямила спину и вздернула подбородок.

– Но, честно говоря, мне нужно было собственными глазами увидеть, что с вами всё в порядке, и я очень рада, что так оно и есть. Вы оба выглядите замечательно. – Она посмотрела на меня, ее тон смягчился. – Ты выглядишь потрясающе.

Я крепче вцепился в колеса кресла-коляски, снедаемый страстным желанием вскочить, подойти к Отем, упасть на колени и умолять о прощении. В душе теснились миллионы слов, но ни одно из них не сорвалось с моих губ: я боялся, что наврежу Отем еще больше.

– Вот поэтому я и пришла, – продолжала она. – Увидеть вас, поздравить… и поблагодарить за службу.

Потом она робко улыбнулась на прощание и ушла.

«Не уходи, – думал я, глядя ей вслед. – Пожалуйста, не уходи. Прошу, обернись. Прошу, позволь посмотреть на тебя в последний раз…»

Уже у двери Отем остановилась и обернулась. Мне показалось, что на ее лице промелькнула тоска. Потом она ушла. Словно видение, напоминание о том времени, где были красота и доброта, где не было уродливого гнева и чувства вины.

Я почувствовал, что кто-то на меня смотрит, повернул голову и встретился взглядом с Коннором.

– Что? – с вызовом спросил я.

Человек посторонний мог бы отнести гримасу отвращения на лице Коннора на мой счет, но я с первого взгляда распознавал отвращение к себе. Я видел его каждый день в зеркале с тех пор, как уехал мой отец.

– Ты ей не рассказал, – констатировал Коннор.

– С какой стати я должен рассказывать?

Он смотрел на меня еще пару секунд, потом дернул уголком рта, покачал головой и пошел к своим бейсболистам. Те принялись похлопывать его по плечам, окружили.

Сколько еще он собирается меня игнорировать? До конца учебного года? Пока мы живем в одном доме, будь он неладен?

Ма и Пол спросили, хочу ли я вернуться в Амхерст или предпочитаю сначала поужинать.

– Вы идите, а я сам доберусь до дома.

Не дожидаясь ответа, я покатил туда, где стояли Коннор и его дружки. Подъезжая, я услышал, как кто-то из них говорит, что сегодня вечером они идут в закусочную «У Рокси».