Зажечь небеса

 – В любом случае у меня и раньше были мысли о том, чтобы работать в интересах прав людей с ограниченными возможностями.

В прошлом году я даже вносила этот вариант в свой список возможных тем, но теперь пришла к этой проблеме осмысленно. – Она снова подалась вперед. – Я хочу этим заниматься, и мне кажется, это правильно. Я в этом абсолютно уверена.

Я смотрел на нее во все глаза, в голове царил сумбур, на языке вертелось множество слов, но я не мог их произнести.

Улыбка сбежала с лица Отем, и свет в ее глазах погас.

– Нет, вовсе нет, – хрипло проговорил я. – Думаю, это замечательная идея. Вообще-то я польщен.

Она улыбнулась с облегчением, и ее счастье едва меня не ослепило.

Мы допили коктейли, и я оплатил счет. Снаружи шел дождь, и мы остановились на крытой веранде закусочной. Из динамиков над дверью лилась песня «Африка» группы «Toto», заполняя тишину.

Наконец мы вышли из-под навеса, и на нас обрушились потоки дождя, так что мы мгновенно промокли до нитки. Капли текли по лицу Отем, и ее кожа казалась отлитой из фарфора, от влаги ее рыжие волосы потемнели, но всё равно отливали темно-красным и золотым. Она повернулась ко мне, и мое сердце переполнилось любовью к ней.

«Поспеши, парень, она ведь ждет…»

Остановиться я не успел, моя рука словно сама по себе рванулась к Отем, и мои пальцы сжали ее запястье. Я втащил ее к себе на колени, зарылся пальцами в ее волосы и поцеловал ее.

Поцеловал отчаянно. Я чувствовал вкус дождевых капель, тепло ее губ, привкус клубники из ее коктейля, но мне было мало. Я хотел большего. Всего сразу.

Отем изумлено ахнула, потом прижалась ко мне. Ее губы приоткрылись, голова запрокинулась, так что я мог изучать ее дюйм за дюймом, наши языки соприкасались.

Ее пальцы скользнули в мои мокрые волосы, а дождь струйками стекал по нашим лицам, вода попадала в наши рты. Я чувствовал вкус холодной воды на теплом языке Отем, ощущал ее горячее дыхание в холодном воздухе. Дыхание девушки стало прерывистым, она тихо застонала, и этот звук показался мне дивной музыкой.

Она прижималась ко мне, а ее поцелуй… Боже мой. Поцелуй Отем стер из моей памяти войну, болезненные воспоминания о больнице и реабилитации.

«Я словно вернулся домой».

Время перестало существовать. Только хихиканье парочки проходящих мимо парней вернуло нас в реальность.

Мы отпрянули друг от друга, тяжело дыша.

– Ты дрожишь, – прошептал я.

– Это не от холода. – Отем соскользнула с моих коленей и тихо рассмеялась. – И, надеюсь, ты счастлив, Уэстон Тёрнер. Ты полностью изгладил из моей памяти первый поцелуй с… как там его звали.

Мы сели в машину, с наших волос и одежды на сиденья текла вода. Несколько секунд мы молча смотрели на стекающие по ветровому стеклу струйки воды, и воздух между нами накалился.