Завороженные

Вот, значит, как выглядит здесь сугубо женская одежда — пышные юбки, расшитые золотом и самоцветами корсажи, довольно смело декольтированные, оставлявшие обнаженными руки и плечи, сияние драгоценностей, белоснежные пышные кружева… Как подметил поручик, встречные смотрели на мужское платье Элвиг без малейшего удивления, следовательно, никаких нарушений здешнего этикета тут не было.

Раззолоченный метрдотель или как его там с поклоном распахнул перед ними резную дверь и остался снаружи. Оказавшись в роскошной прихожей, Элвиг непринужденно сняла пояс с кобурами, перевязь с кинжалом, швырнула на золоченый столик в углу:

— Снимайте оружие, благородный Аркади, и располагайтесь без церемоний. Спешить некуда, мы можем отдохнуть, а ужин скоро принесут… Вы хотите, не откладывая, связаться с вашим начальством?

— Да, если возможно…

— Сразу видно, что вы крайне дисциплинированный, — смешливо покосилась на него Элвиг. — А вот у меня с дисциплиной обстоит не лучшим образом, за что я регулярно подвергаюсь разносам… Идемте.

За дверью справа оказалась небольшая уютная гостиная со столом и креслами посередине, мягким диваном и столиком, на котором красовалась в точности такая же пара «зеркал», как в императорском дворце — большим и маленьким, в таких же вычурных рамах, с металлическими досками, покрытыми квадратиками с цифрами и буквами. Элвиг ловко, привычно, пробежалась по ним пальцами в драгоценных перстнях, и зеркало осветилось изнутри. На сей раз поручик уже не отшатнулся, когда оттуда, как живой, разве что размером наполовину меньше от настоящего, глянул полковник Стахеев — в расстегнутом мундире, с видом домашним и умиротворенным, настолько, что поручика вновь посетили игривые мысли касаемо досуга отца-командира. Интересно, состоит ли он в супружестве?

Элвиг деликатно вышла, плотно прикрыв дверь. Поручик кратко изложил обстановку, в детали не вдавался, просто упомянул о некоторых успехах, а потом про то, что по служебной необходимости вынужден ночевать в гостинице.

— Ну разумеется, Аркадий Петрович, — ничуть не удивившись, сказал Стахеев. — Тут для вас все равно нет неотложных дел. Хвалю. Получается, что вы один из нас заняты служебными надобностями, а мы прохлаждаемся… Разумеется, оставайтесь.

И зеркало погасло, превратившись в овал матового стекла. Поручик встал, приотворил дверь. Элвиг глянула вопросительно.

— Я вот что сейчас подумал… — сказал он чуть смущенно. — Это мои комнаты или ваши? Нужно же как-то устраиваться…

Глядя на него со слегка загадочным выражением, Элвиг чуть заметно улыбнулась:

— Так получилось, что это наши комнаты. Гостиница переполнена, скоро будет большой бал, и все имеющие доступ ко двору съехались заранее.