Завещание сына

Он впился в лицо больного. Мимо проплывала желтая, одутловатая маска с налитыми мешками у глаз и бесцветным, ничего не выражающим взглядом. Перед Грыжиным провезли живой труп. Молодой бизнесмен вышел на улицу и побежал в сторону арендованной дачи. «Похоже, я буду жить!» – повторял он громко. Интеллигентная пожилая пара, совершающая променад возле Дома творчества писателей, с удивлением на него оглянулась. Грыжин остановился и выкрикнул в их удивленные лица:

– Да, господа, похоже, я буду жить!

– Мы ничего не имеем против, молодой человек, – испуганно ответила пожилая дама, и супруги ускорили шаг. Николай рассмеялся и побежал дальше.

Через минуту он свернул на знакомую улочку и увидел у своей калитки «Сааб» Ерожина.

Часть вторая

«Тень ангела»

Волков сидел рядом с водителем в отвратном расположении духа. На Таганской площади автомобильная карусель всегда приводила к задержкам. Но сегодня затор выглядел безнадежным, и вой сирены звучал насмешкой. Водителям, загородившим проезд машине Управления, было глубоко плевать, что следователь Волков спешит на очередное убийство. Трупы каждый день демонстрировали в новостях, и люди стали относиться к насилию как к обыденной примете быта.

– Ну сделай что-нибудь, Володя! Не можем же мы тут торчать до ночи, – раздраженно выговаривал майор водителю.

– А что я могу сделать, Тимофей Николаевич? Пробка. Мы не на вертолете, не взлетишь, – банально оправдывался начальству младший лейтенант Щеглов.

Возразить Волкову было нечем, и он молча злился.

Неприятности начались с мелочей, как только он вышел утром из дома. Следователь всегда по дороге на службу прикупал в молочном магазинчике возле метро пакет кефира. Сегодня пришлось десять минут простоять в очереди. Кефир он получил, но пакет подтекал и запачкал новый плащ. Народ у прилавка толпился и нервничал. Майор не стал требовать замену, а выбросил кефир в помойку, выйдя из магазина. От молочной он отправился в дом убитой Марины Строковой, чтобы показать лифтерше фотографии Маши. И опять невезуха. У лифта дежурила другая женщина. Гражданка Коровина, опознавшая Влада Амбросьевича по фотографии, заступала после обеда. Окончательно испортил настроение следователю капитан Маслов. Николай упустил теперь саму Сенаторшу. Докладывать Ерожину о втором досадном промахе капитана Тимофею было неприятно. Но тут ему повезло. Начальник отдела с самого утра уехал в город и до сих пор не появлялся.

– Да выключи ты свою сирену! Видишь ведь, не помогает. У меня уже уши вянут.

– Слушаюсь, товарищ майор, – ответил Щеглов. Сирена действовать на нервы перестала, но Тимофей продолжал злиться.