Завещание сына

Ему доложили, что шеф допрашивает потенциального убийцу, и застать их за подготовкой к дружескому чаепитию он никак не ожидал.

– Заходи, Тимофей. Чай будешь? Сам генеральный директор страховой компании заварил.

– Нет, спасибо.

– Закончил с Сенаторшей?

– Да, полный порядок. Можно вас на минутку?"

"– Вы, Федор Александрович, пока разливайте, я с майором парой слов переброшусь, – предложил подполковник, увлекая Тимофея в коридор: – Ну, что новенького наша пермячка выдала?

– Отец Вольновича все организовал. Его сынок и штатника с Сенаторшей снял. Видеокассета у адвоката.

– Взял Вольновича?

– Сейчас в больницу еду.

– Пленочку там и ищи. Он ее далеко от себя не отпустит. В больнице она, родимая. Дай лапу, молодец. – Пожав Волкову руку, Ерожин вернулся в кабинет. – Не остыл чаек?

– Не успел, вы быстро.

– Там быстро. А здесь долго, – вздохнул Ерожин: – Чаек нормальный, можете чайные церемонии проводить. Но вернемся к списку. Черепахов – это кто?

– Тоже агент. У Корягиной на побегушках. Он по мелким фабрикам спец.

– Доверенности на джип не имеет?

– Нет.

– Поехали по акционерам. Вот Ножкин Андрей Родионович.

– Этих господ я не знаю.

– А собрание акционеров? А устав? А обсуждение бизнес-планов, годовой отчет, наконец?

– Я же вам сказал, в компании я ничего не делаю. И никаких собраний у нас не проводится. С акционерами все решает Костя через Интернет. Я только счета подписываю.

Ерожин кивнул и продолжил чтение списка:

– Костролитин Иннокентий Игнатович… – машинально произнес он и остановился. Это же двенадцатилетний владелец виллы в Переделкине! Ерожин взглянул в графу «держатель» и хмыкнул: Костролитин владел контрольным пакетом страховой компании. Пеньков продолжал невозмутимо пить чай, фамилия Костролитин его явно не озадачила. – Дела… – присвистнул Ерожин.

Капитал страховщиков составлял пятнадцать миллионов долларов плюс недвижимость таинственного дочернего предприятия «Пленэр». Двенадцать вилл в среднем по триста тысяч долларов каждая. И все это в руках ребенка. Мальчик, в прямом смысле, состоял из чистого золота.

– Вы никогда не встречались с господином Костролитиным?

– Никогда. Но суммы на его счета подписывал огромные. Он самый богатый акционер и, по сути, наш хозяин.

– Вы случайно не знаете, сколько ему лет?

– Понятия не имею. А какая мне разница?

– Ему двенадцать! Он даже паспорт получить не может.

Пеньков отставил чашку и, не мигая, уставился на Ерожина.

– Вы чего? Правда, что ли? – Лицо русоволосого красавца выказало столь глупое выражение, что Ерожин понял: генеральный директор удивился.

– Правда, Федор Александрович.

– Вот за что вы меня взяли?

– Нет. Возраст акционера не является преступлением. Мы вас взяли по подозрению в убийстве доктора Крапивникова.