Зараза

Приподнял голову, посмотреть, что же там с руками, оглянулся и откинулся обратно.

Сморщил лоб, активно работая бровями и моргая, вроде помогло и в голове хоть что-то стало проясняться.

Я лежу на больничной каталке. На обычной, без защитной капсулы. Руки и, подозреваю, ноги прикованы к металлическому каркасу.

Меня куда-то везут, точнее, тянут — впереди мужик в грязном белом халате. Невысокий, на затылке блестит лысина, перетянутая резинкой. За ушами торчат толстые дужки очков, держатся как раз на резинке. Халат мужику явно велик, либо чужой, либо схуднул он тут сильно.

На меня не смотрит, впрягся, тянет и бурчит что-то под нос. Каждые пять метров остановка, водит каким-то пультом по сторонам и щелкает. Опять тянет меня пару метров и, не оборачиваясь, заводит пульт за спину и снова щелкает.

Я покосился вниз, ближе к полу по стенам темные коробочки с датчиками и лазерными лучами поперек коридора. Так себе ловушки, человек без труда заметит, а вот для мертвяка в самый раз.

Я еще раз приподнялся, тихонько проверяя уровень своей несвободы. Руки могу приподнять сантиметров на десять, не больше, дальше наручники не позволяют. Плюс подвигать по трубе сантиметров двадцать от поперечной перекладины, а дальше уже рука не выворачивается. Наручники обычные, похожи на наши БРС и, к счастью, те, которые с цепью, а не шарнирные."

"Везут по коридору. И похоже, что я все еще в больнице, в подвальном помещении. Стены покрашены также, коричневый примерно на два метра, а дальше уже белое. Таблички на дверях из той же серии только названия технические: прачечная, бойлерная, архив и еще какие-то названия, перевод, которых я не помнил.

Наконец мы остановились перед металлической дверью с большой навигационной панелью вместо замка. Там и код, и сканер сетчатки глаза, мужик как раз стянул очки и уткнулся в экран лбом.

На полу, чуть в стороне я заметил тело, первое за весь коридор. Лежит на животе, будто убегал от двери, но получил несколько попаданий в спину. Военный, да не простой, а прям брат-близнец «призрака», с которыми пришлось схлестнуться в Калининграде. Шлем на затылке похож на яйцо всмятку, по которому ложечкой стукнули, в спине несколько дырок, щитки на броне трещинами пошли. Из-под пуза что-то торчит, черный цилиндр, похожий на глушитель.

— Дружище, дождись меня, очень тебя прошу, — я отправил мысленный сигнал в космос и, понимая, что бессмысленно, но все равно потянулся к нему рукой, когда дернулась каталка.

Двери разъехались, и лысый очкарик подошел ко мне. Сложил ручки на груди, и повернув голову, поджал губы. Так врачи обычно делают, когда к ним ребенка приводят.

Прикидываться спящим я не стал, момент упущен, но и говорить первый не собирался. Так молчали. Я замер, а этот лыбится и ручки потирает.